Польша и беженцы

Вопрос об отношении к беженцам превратил Польшу в разделённое общество. С одной стороны, часть польских политиков и СМИ выступают за безоговорочное принятие мигрантов, в стране проходят акции, участники которых несут плакаты с надписями: «Беженцы — добро пожаловать», «Вопрос не в том, помогать или нет, а как помогать».

Заместитель председателя польского сейма Ванда Новицкая (Wanda Nowicka) говорит: «Мы зовём себя колыбелью „Солидарности“, но какая же это солидарность, если мы не захотим принять нуждающихся, отвернемся от них? Пришло время сдать экзамен на солидарность».

С другой стороны, уже в июле опрос, проведенный польским Центром исследований общественного мнения (CBOS), показал, что 86% поляков не согласны с увеличением квоты на приём иммигрантов, установленной в Брюсселе.

По итогам заседания министров внутренних дел стран-членов ЕС 22 сентября было объявлено, что Польша обязалась принять в общей сложности 7,2 тысячи беженцев. Для страны с населением в 40 миллионов человек это вроде бы не так много, но реакция со стороны поляков последовала острой. Тем более на фоне сообщений о том, что, по неофициальным данным, на встрече министров внутренних дел ЕС против принудительного распределения квот на приём беженцев голосовали Чехия, Словакия, Румыния и Венгрия.

Польские политики встали перед трудностью: они не готовы сопротивляться давлению Брюсселя, настаивающем на приёме беженцев и в то же время они не могут не учитывать консервативность польского избирателя, протестующего против въезда в страну чужаков.

Акции против иммиграции в Польшу значительно масштабнее тех, что устраивают организации, говорящие беженцам с Ближнего Востока «Добро пожаловать». Проходят эти акции под лозунгами «Поляки против иммигрантов», «Варшава — не Брюссель, здесь не поддерживают Ислам» и т. п.

Участники демонстрации против притока мигрантов. Надпись: «Ислам — это смерть Европы». Варшава, 2 сентября 2015 г.

Некоторые представители польских спецслужб вроде полковника Гжегожа Малецкого (Grzegorz Małecki) прямо заявляют, что иммигранты-мусульмане — это «топливо для экстремистов и радикалов».

Нежелание принимать иммигрантов-мусульман официально выражают даже польские татары, считающие, что с этими единоверцами их «разделяет культурная пропасть». Селим Хазбиевич (Selim Chazbijewicz), один из основателей Союза польских татар (Związku Tatarów Rzeczypospolitej Polskiej) и бывший имам мусульманской общины Гданьска, говорит: «Официальная позиция Мусульманского религиозного союза в Польше (Muzułmańskiego Związku Religijnego) такова, что мы не поддерживаем приём иммигрантов. Полагаем, что у нас нет для этого средств и условий. Возможно, костёл имеет больше средств, которые мог бы потратить на эти цели, но мы — нет».

Эти настроения самым непосредственным образом сказались на исходе парламентских выборов в Польше 25 октября, когда партия «Право и справедливость» Ярослава Качиньского (PiS), набравшая 37,58% голосов избирателей, одержала сокрушительную победу над либеральной «Гражданской платформой».

Лондонское издание The Telegraph так прокомментировало итог этих выборов: «Недавно ЕС заставил Польшу принять квоту на беженцев из Сирии, против чего решительно выступали поляки, которые теперь отправили в отставку правительство, одобрившее квоту. Поляки хотят, чтобы правительство руководствовалось национальными интересами Польши, а не наднациональным проектом, придуманным в Париже, Берлине и Брюсселе».

Ещё за три с половиной месяца до парламентских выборов депутат сейма от партии «Право и справедливость» Ян Дедичак (Jan Dziedziczak) в резких выражениях обрушился на политику правительства «Гражданской платформы» в вопросе о беженцах: «Мы на протяжении двадцати лет не в состоянии принять горстки поляков из Казахстана. Эва Копач [уходящая сейчас в отставку премьер-министр Польши. — В.В.] ранее блокировала вопрос принятия поляков из Казахстана, а сейчас, когда ей указали из ЕС, мы принимаем сразу 2 тысячи каких-то мусульманских иммигрантов [впоследствии к 2 тысячам добавились ещё 5 тысяч. — В.В.]. Пусть за это расплачиваются богатые страны, которые сотни лет колонизовали регион [Северной Африки и Ближнего Востока. — В.В.] и пользовались его богатствами». А сам Ярослав Качиньский в ходе избирательной кампании, отбросив всякую поликорректность, грозил, что беженцы принесут в Польшу болезни и паразитов. И сработало.

Показателем настроений, преобладающих в Польше после выборов, может служить сообщение на сайте Radio Olsztyn о том, что города Варминско-Мазурского воеводства (расположено на севере Польши, граничит с Калининградской областью) отказываются принимать беженцев из стран Африки и Ближнего Востока.

На 27 октября ответ о принятии мигрантов дали 70 из 116 муниципалитетов этого воеводства и только три ответа — положительные: один из муниципалитетов готов принять семью с двумя детьми, два других согласны на приём беженцев, но лишь в случае возникновения «особых обстоятельств». Остальные муниципалитеты отказали в принятии переселенцев, объяснив свою позицию нехваткой средств, безработицей и финансовыми трудностями.