Обострение на Ближнем Востоке без иллюзий
Давайте посмотрим на разворачивающийся военный конфликт на Ближнем Востоке с точки зрения политикана-англосакса. Мы же любим такую прагматичную точку зрения, правда? Мы же уже лет тридцать переживаем, что нашей внешней политике не хватает цинизма и заботы о собственных интересах. И только о них.
1. Обострение на Ближнем Востоке.
Объективно, пока это обострение похоже на спекулятивную корректировку нефтяных фьючерсных контрактов — деликатные удары по тем точкам, где будет самый сильный медийный резонанс, на который отреагируют биржи. Убийство даже очень харизматичного генерала никогда не заставит армию сдаться. Удар по американской базе ракетами с пока не ясным результатом. Катастрофа украинского «Боинга» — причины могут быть самые разные, вплоть до технических неполадок. Как ни странно, Россия от этого не просто не пострадала, а приобрела.
Нефть, которую мы добываем и продаем, добывается несколько севернее и северо-восточнее Ирана и Ирака. Уже 70–69.17 долларов за баррель! Европа в очередной раз оценила риски поставки энергоносителей с тлеющего Ближнего Востока или с тихого, спокойного Севера по подводному трубопроводу в обход всех токсичных квазигосударств.
2. «Наш друг Иран».
Одна из самых закрытых стран планеты. Страна, раздираемая внутренними противоречиями, которые пока удается купировать. А значит — нестабильная и непредсказуемая в ближайшей перспективе. Я работал в Иране, видел. Самый яркий пример — спутниковое телевидение в стране порицается за бездуховность, а все крыши Тегерана — в телевизионных тарелках… На пятничную молитву собирается до миллиона человек, при этом существует слой прозападной оппозиции, который способен устраивать уличные беспорядки. Западная агентура настолько вольготно себя чувствует, а значит имеет поддержку внутри страны, что спокойно убивает иранских ученых-атомщиков. Интернет в стране частично заблокирован, но все сидят на запретных сайтах через анонимайзеры или турецкие симкарты. И так далее.
Никакой «дружбы» с Персией не может быть по определению — только временно совпадающие интересы. Эти интересы не пострадали. Более того, они укрепились. Иран нам не друг, но и не враг. Союзник. Мы это подтвердили, Иран воспринял
3. «Коварное нападение» и «третья мировая в Персидском заливе» — отлично.
Просто подарок для нашего ВПК и наших геополитических позиций. Можно, в кои веки, спокойно возлежать на одной шестой части суши и следить, чтобы у противоборствующих сторон хватало боеприпасов, техники, запчастей и комплектующих. И чтобы не забывали обновлять свои арсеналы новыми экспортными разработками российского ВПК. Для сравнения, зримые итоги нашей операции в Сирии. В 2017 году экспортный портфель заказов российского ВПК был 45 миллиардов долларов, в 2018 году — 55 миллиардов, по итогам 2019 года — свыше 60 миллиардов. Причем, в стоимости этого портфеля не учтена «отложенная прибыль». Как известно, основной доход автопроизводители получают от сбыта запчастей, в случае с военной техникой — все то же самое плюс боеприпасы.
4. «Убит генерал-победитель ИГИЛ* в Сирии».
— ИГИЛ в Сирии победили только благодаря вмешательству РФ и позиции Китая в Совбезе ООН, когда Запад, как в Ливии, собирался закрыть небо и вместе с ваххабитами начать «устанавливать демократию» в Сирии. Я был в Сирии накануне падения Дамаска в 13 году, когда западники должны были закрыть небо, а Национальный музей, как Эрмитаж в 41, погрузили в ящики и вывезли. Все изменилось мгновенно, с открытием нашей базы в Хмеймиме в 2015 году. Просто в одно мгновение.
