Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что рекламные поступления важны для обеспечения техподдержки сайта!

Конституция РФ — битва за приоритеты

20.01.2020 - 15:131 209ГОРОДНЕНКО Юрий

Конституция — это общественный договор между обществом и государством, в котором определяются взаимоотношения между ними, а также порядок формирования власти и ее полномочия. Такое определение основного закона вы найдете в учебниках права. Базовые принципы общественного договора называются «основы общественного строя». В России они закреплены в главе 1 Конституции.

Среди предложений по конституционной реформе, которые озвучил президент Владимир Путин, есть инициатива, которая относится к основам общественного строя. Звучит она следующим образом: «утверждение приоритета основного закона России в российском правовом пространстве». Этой новации, которая относится к пункту 4 статьи 15 Конституции РФ, и посвящен наш материал.

О статье 15 основного закона российские СМИ упоминали регулярно — чаще, чем о какой-либо другой конституционной норме. С подачи этих средств массовой информации ее стали называть «нормой о приоритете международного права». Но если прочитать пункт 4 статьи 15 Конституции, то там дословно прописано следующее: «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».

Как видим, нормы международного законодательства, международные договоры или решения международных судов признаются лишь составной частью российской правовой системы, имеющей (в случае с договорами) верховенство над отдельными законами. Но оговорки о том, что они еще и имеют приоритет над Конституцией, нет. В то же время российская правовая система относится к континентальному праву, в рамках которого основной закон имеет отдельный статус, позволяющий ему верховенствовать над всеми другими нормативными актами. Поэтому нынешняя Конституция имеет приоритет не только над законами России, но и над международным законодательством, международными договорами или решениями международных судов. В соответствии с этим правилом, российский Минюст оценивает подписанные международные соглашения на их соответствие основному закону, а Конституционный суд делает то же в отношении еще и постановлений международных судов.

Другое дело, что в российском праве, благодаря пункту 4 статьи 15 Конституции, возникло определенное противоречие. Виновник этого противоречия — Запад.

Учредительным документом современного российского государства была Декларация о государственном суверенитете РСФСР от 12 июня 1990 года. В этом документе были сформулированы базовые принципы общественного договора, которые должны были стать основой для разработки новой Конституции. Пункт 14 Декларации: «РСФСР заявляет о своей приверженности общепризнанным принципам международного права». Соответственно, и в Конституции следовало прописать лишь о приверженности принципам международного права. Тот факт, что в основном законе «общепризнанные принципы и нормы международного права» и международные договоры были признаны «частью» российского права, был явным нарушением. Как следствие, возникла юридическая коллизия — противоречие между нормами Декларации о госсуверенитете и Конституции, которая должна была соответствовать Декларации.

Сама по себе эта коллизия не была слишком опасна. Но все дело в том, что Запад стал осуществлять вокруг нее манипуляции.

Здесь необходимо пояснение.

Общепризнанные принципы международного права — это нормы, признанные всеми 195 независимыми государствами, существующими в мире. С этой точки зрения единственным общепризнанным нормативным документом является устав Организации Объединенных Наций. Его признают 193 государства — члена ООН, а также Ватикан и Палестина. Ни один другой международный документ, в т. ч. Конвенции ООН, не имеют всеобщего признания.

Статья 107 Устава ООН опирается на приговоры Международных военных трибуналов в Нюрнберге 1946 г. над нацистскими преступниками и в Токио 1948 г. над японскими милитаристами. В решениях этих трибуналов СССР назван главной целью и жертвой агрессии стран «оси» во время Второй мировой войны. Приговоры Нюрнбергского и Токийского трибуналов также являются общепризнанными нормами международного права. Они позволяют продолжательнице СССР претендовать на особый статус в рамках ООН.

Но это не устраивало Запад. Поэтому в начале 1990-х годов он убедил российское руководство принять Конституцию, в которой присутствовало несоответствие Декларации о государственном суверенитете. Когда же основной закон вступил в силу, не кто иной как Запад стал его активно дискредитировать. Делалось это так, чтобы создать правовой нигилизм в российском обществе. При этом западные политики и правоведы прекрасно отдавали себе отчет в том, что недоверие к национальному праву открывает путь к установлению внешнего правового управления — через Международный уголовный суд, Международный суд ООН, ЕСПЧ или другую «международную», а по сути, подконтрольную Западу организацию. Чтобы реализовать этот сценарий, оставалось лишь дождаться смены руководства Российской Федерации на более лояльное англосаксам.

Этот сценарий, опасный для будущего российской государственности, и призвана нейтрализовать конституционная реформа. Ее цель — устранить правовые коллизии и повысить правовое сознание общества, укрепить его веру в национальное право.

Остается добавить только одно. Чтобы избежать каких-либо инсинуаций в будущем, следовало бы прописать пункт 4 статьи 15 Конституции так, как это изложено в Декларации о госсуверенитете: «Россия заявляет о своей приверженности общепризнанным принципам международного права и готовности жить со всеми странами и народами в мире и согласии, принимать все меры к недопущению конфронтации в международных, межреспубликанских и межнациональных отношениях, отстаивая при этом интересы народов России».

Выбор читателя

Топ недели