Россия и Евросоюз начинают газовую игру на выживание

В Брюсселе взяли долгосрочный курс на полный отказ от российских энергоносителей, включая газ. Сделано это, по словам главы Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен, может быть уже в 2027 году. Ставка — на поиск новых поставщиков, разворачивание инфраструктуры по приемке СПГ, зеленую энергетику и экономию.

При этом, что важно, европейская стратегия REPowerEU предполагает сокращение закупок российского газа в три раза уже с начала 2023 года. Сумеет ли ЕС добиться ожидаемого эффекта — за счет анонсированных поставок газа из Израиля и других стран, либо за счет пресловутого «прикрути» и более редких походов в баню и душ, о чем всерьез говорят еврочиновники — сказать сложно.

Но в России, судя по всему, решили не испытывать судьбу, справедливо полагая, что раз газ стал геополитическим оружием, то бить нужно здесь и сейчас. Тем более, что введя санкции, ЕС, США и страны-сателлиты дали все основания для ответных мер.

Европейские газовые хранилища демонстрируют рекордно низкие запасы. В Германии они заполнены сейчас лишь на 56%. И, если в мае они наполнялись рекордными темпами, то решение о прекращении поставок через трубу Ямал-Европа и значительное снижение прокачки газа через «Северный поток» и Украину, делают ускоренное наполнение хранилищ невозможным. Срыв подготовки к отопительному сезону грозит катастрофой германской экономике.

Критическое снижение поставок станет проблемой и для России — в среднесрочной перспективе газ будет просто некуда девать. И в этом смысле газовая война — это реальная война на выживание, в которой значительный ущерб будет нанесен обеим сторонам.

Но, если для России сокращение поставок газа чревато снижением экспортной выручки и, вероятно, необходимостью частичной консервации добычи, то грядущая зима для Евросоюза может иметь более грозные последствия.

Повсеместная остановка промышленных предприятий, холодные квартиры, трудности в обеспечении продовольствием и как следствие — внутренняя миграция в ЕС, критический рост социального напряжения — всего этого могут не пережить не только правительства отдельных стран, но и ЕС в целом. Ставки по-настоящему велики, но при этом все же — разновелики.