Тимофей Бордачёв: может ли Европа стать новой Украиной

15.02.2024 - 11:07   1 554БОРДАЧЁВ Тимофей

Дополнительная ценность трагической украинской проблемы для внешней политики России состоит в том, что этот пример помогает понять, до какой степени экономической и моральной деградации должны будут дойти другие соседи России на Западе для того, чтобы представлять собой угрозу нашей безопасности. Именно эти два фактора — обнищание и духовный упадок — создают критическую массу населения, без желания которого никакие авантюристы не смогут втянуть свои страны в разрушительные конфликты.

Пока, как показывают опросы общественного мнения, граждане европейских стран совершенно не чувствуют у себя потенциала агрессивного поведения в отношении России. Несмотря на то что о вероятности военного конфликта заговорили вдруг некоторые европейские военачальники и даже политики, жители государств Европы вовсе не воспринимают Россию как угрозу. А значит, и не испытывают чувства агрессии по отношению к нам. Однако такое положение может измениться, и самым важным здесь станет не геополитическая ситуация, а внутреннее положение наших соседей на Западе.

Военно-политический конфликт между Россией и НАТО вокруг Украины сопровождается небывалым по меркам последних десятилетий нагнетанием враждебной риторики в СМИ и политических кругах стран Запада. Мы видим, как эта риторика проходит свои стадии.

Несложно заметить и распределение ролей среди различных представителей противников России в Европе и Северной Америке. Сейчас, например, наиболее активны представители военных структур. Буквально каждую неделю российские медиа имеют радость обсуждать очередное заявление британского, датского или голландского командующего о якобы неизбежности либо высокой вероятности вооруженного столкновения между Россией и НАТО в перспективе нескольких лет.

С такой же периодичностью в европейские СМИ вбрасывают новые «секретные планы» НАТО на случай войны с Россией. Они, как правило, представляют собой плохо адаптированные для массового читателя сценарии очередных гипотетических учений. Невольно возникает вопрос: стоит ли принимать это все за чистую монету? Думается, что пока в таких заявлениях есть определенное лукавство. Тем более что главные организаторы украинского кризиса — американцы — предпочитают хранить на этот счет молчание и особенно не разбрасываются тезисами о вероятности прямого вооруженного конфликта с Россией.

У европейских союзников США положение принципиально иное. Во-первых, европейские военные и политики действуют в условиях полного отсутствия формальной ответственности за свои слова. Поскольку в рамках НАТО все решения в сфере безопасности и обороны принимаются Вашингтоном, то любой генерал или политик в Европе может говорить все что угодно: его слова совершенно ничего не значат в практическом смысле. Тем более что сфера военных расходов там находится в распоряжении гражданских ведомств, а они совершенно не спешат тратить деньги на военные упражнения.

Во-вторых, европейским военным очевидно, что политики не спешат выполнять свои обещания, данные на первых этапах конфликта. Уже в марте 2022 года канцлер Германии, например, громко провозгласил разворот в немецкой оборонной политике, увеличение реальных расходов на вооружения и наращивание военных сил. Пока ничего из заявленного тогда сделано не было, а положение немецкой экономики не способствует новым расходам, которые пойдут мимо поддержания материального положения граждан и корпоративного сектора.

В-третьих, журналисты настойчиво интересуются темой «возможной войны с Россией», потому что считают ее весьма хорошо продаваемой читателям. И генералам приходится отвечать на прямые вопросы, деликатно обойти которые европейским людям в погонах не позволяет отсутствие интеллектуальной гибкости. Да и вообще, их работа состоит в том, чтобы готовиться к войне в любом случае, даже понимая, что вести ее не придется никогда. На эту удочку попадаются и гражданские руководители военных ведомств. Так, несколько дней назад журналистам пришлось буквально вымучивать воинственный смысл из интервью нового министра обороны Польши.

Заметим, что непосредственно вовлеченные в военное планирование США чиновники, а также представители стран Восточной Европы более сдержанны в своих высказываниях. Даже официальные лица и военные из бывших прибалтийских республик СССР не прославились пока заявлениями, сопоставимыми по тревожности с их коллегами в Западной Европе. Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг также не говорит о прямом вооруженном столкновении в качестве некой обозримой во времени вероятности.

Здесь, видимо, действует американская сдержанность и более качественная координация между США и теми, кто непосредственно представляет их интересы в Европе. На такое качество связи с Вашингтоном, как у Варшавы, немецкие, шведские, голландские или датские генералы, само собой, рассчитывать не могут. А сами американцы ведут себя, надо отдать им должное, достаточно осторожно в том, что касается стратегических вопросов. Несмотря на свой авантюризм и постоянное желание проверить терпение России «на земле».

Еще более контрастно оценки европейских генералов и чиновников выглядят в сравнении с мнением населения их стран. Одновременно с заявлениями генерала бундесвера о вероятности войны с Россией были опубликованы результаты опроса общественного мнения, согласно которым 71% немцев не считают Россию военной угрозой. В рамках ежегодной Мюнхенской конференции по безопасности — главного «производственного совещания» Запада по вопросам его отношений с остальным человечеством — представлен доклад, часть которого посвящена отношению европейцев к различным угрозам. Все наблюдатели уже отметили, что Россия в списке таких «угроз» опустилась в этом году на девятое место, пропустив вперед проблемы в экономике и изменение климата, например. Очевидно, что сейчас у европейских обывателей просто нет ощущения того, что Россия им чем-либо угрожает. Но, что самое важное, у них отсутствуют пока основания самим вести себя агрессивно по отношению к России.

Реальные причины крупных вооруженных конфликтов вроде мировых войн всегда связаны с социально-экономическими факторами. Для того чтобы благоразумная по своей природе германская нация превратилась в сборище людоедов, ей понадобилось сперва погрузиться в экономические бедствия и моральное угнетение 1920-х годов. До этого демографический рост и нерешаемость социальных проблем индустриализации создали необходимую массу людей, готовых убивать и умирать на полях Первой мировой войны.

В любом случае для большой агрессии Европы против соседей нужно, чтобы там появилось очень много бедных и морально деградирующих людей. Примерно так, как это произошло с Украиной за 30 лет ее несостоявшейся государственности. Другими словами, способность европейцев развязать против нас вооруженную агрессию, а только это может стать причиной столкновения, зависит от того, как идут их собственные дела.

Поэтому сейчас с российской точки зрения наибольшую важность представляет наблюдение за тем, что происходит в европейской экономике. Недостаточно разумная политика «санкций» против России и частичный разрыв торгово-экономических связей между нами уже привели к серьезным потерям для европейского бизнеса. К этому добавились накопленные внутренние проблемы, конкуренция с американскими и китайскими компаниями, общая рецессия в глобальной экономике.

Так, недавно одно из западных информационных агентств разместило душераздирающий материал о том, как крупные производственные компании, лидеры промышленности, покидают Германию в поисках более выгодных площадок и условий для инвестиций. Есть свои тревожные процессы и в других крупных европейских государствах. В том случае, если эти экономические трудности начнут разрушать сложившуюся в Европе модель «всеобщего благоденствия», настрой ее граждан может измениться.

Мы не знаем точно, какой будет реакция европейцев на ухудшение своего материального положения, и сколько времени это займет. Вполне вероятно, что с практическими последствиями экономического затухания Европы окружающий мир столкнется не раньше чем лет через 20–30. И тем более мы не можем с уверенностью сказать, что алгоритмы поведения ее жителей окажутся точно такими же, как в первой половине ХХ века. История вообще не повторяется, что делает мышление о событиях через аналогии достаточно тупиковым способом понять происходящее. Однако понимание того, что вероятнее всего станет причиной массовой агрессии европейцев по отношению к России, может помочь нам стать более уверенными в собственном стратегическом планировании.

Выбор читателя

Топ недели

Для правильного функционирования этого сайта необходимо включить JavaScript.
Вот инструкции, как включить JavaScript в вашем браузере.