Самые предусмотрительные из галичан начали готовиться к жизни после замаячившего на горизонте переворота

«Если к власти вернутся коммунисты — весь мир содрогнётся от нашего рвения валить памятники Бандере»

У нас, особенно за последнее время, сложился стойкий стереотип образа жителей Галичины как убеждённых националистов, готовых драться с «москальской угрозой» до последней капли крови.

В какой-то мере это представление оправдано. За полтора года войны защитникам Донбасса неоднократно приходилось сталкиваться с фанатично настроенными представителями западных областей Украины. Некоторые из них, даже побывав в плену, снова возвращались на фронт.

Но чем дольше шла война, тем больше размывался образ несгибаемого галицийского бандеровца.

Жители бастиона незалэжности, узнав о тяжёлых потерях на фронте, увидев изувеченных земляков, начали массово «косить» от мобилизации. Нередко целыми сёлами.

Причём тысячи львовян, ивано-франковцев и прочих искали и ищут себе убежище не в благословенной Эвропе, а в «агрессивной» России.

А в итоге на свет появился любопытный документ, подписанный львовским журналистом Владимиром Павлив, представляющий собой не что иное как инструкцию на случай полного поражения украинской державы и вступления войск победоносной Новороссии на земли Прикарпатья.

Совсем уж неожиданным этот документ назвать нельзя, особенно если учесть исторический опыт обитателей галицкого края, который не включает в себя воспоминаний ни об одной громкой победе, достигнутой собственными силами, зато содержит память о сотнях лет проживания под властью чужих государств.

Вот и на этот раз, столкнувшись с непреодолимым сопротивлением со стороны восставшей Новороссии, наиболее предусмотрительные из галичан начали готовиться к жизни после очередного, замаячившего на горизонте переворота.

Итак, какие же рекомендации следует соблюдать добропорядочному галичанину в случае очередной смены власти?

Следует восстановить навыки разговора на русском языке. С этой целью тренироваться с родными и близкими друзьями, розмовляя с ними на «ворожьей мове». Не стоит для языковой практики пренебрегать и просмотром российских телеканалов. Это также будет способствовать и тренировке спокойного, выдержанного восприятия неприятной информации.

Попутно следует, вопреки рекомендациям Министерства культуры Украины, почаще слушать русскую популярную музыку, в особенности шансон и приучиться насвистывать усвоенные ритмы. Разумеется, это не патриотично, зато может способствовать выживанию в условиях возможной оккупации.

Рекомендуется также порыться в прошлом и выяснить: не было ли среди ваших предков активных русофилов и в особенности жертв австрийского концлагеря Талергофа.

У себя в квартире следует рядом с портретом Шевченко повесить портрет видного москвофила конца ХIХ начала ХХ века Ивана Наумовича, а личную библиотеку пополнить советскими изданиями, в первую очередь книгами Ярослава Галана о преступлениях бандеровцев и коллаборационизме униатов с нацистами.

Хорошо также извлечь из семейных архивов благодарности и почётные грамоты дедушек и бабушек за ударный труд в колхозе или участие в социалистическом соревновании. Оформить их в рамки и повесить на видном месте.

Следует также изменить тон в беседах с окружающими, перейдя от активной русофобии к робким заявлениям, что, мол, а может быть эти москали и не столь уж страшны, как их малюют. Как-никак прожили под ними почти полвека.

Вот как-то так.

Ещё более решительно высказался ивано-франковский блогер Мыкола Смилывый:

«Если, не дай Боже, завтра к власти вернутся коммунисты, то весь мир содрогнётся от нашего рвения валить памятники Степану Бандере…

Людям втюхали мысль о том, что национализм есть наивысшая форма патриотизма.

Из-за этого все эти крашеные в жовто-блакитные тона заборы и собачки в вышиванках. Болеем мы пока».

Хочется верить, что эта «денацификация изнутри» западно-украинского социума не зачахнет на уровне обозначившихся ростков и у подавляющего большинства его представителей наступит, наконец, отрезвление.

В противном случае вся Украина может захлебнуться в крови. А на том месте, где она была, установится господство совсем иной цивилизации.