Дальнобойные цены

Как связан предновогодний скачок инфляции со «сбором Ротенберга»? Обращение автоперевозчиков к премьеру Медведеву комментирует экономический обозреватель «Руснекст» Иван ТАЛЯРОНОК.

— По всей стране идут протесты дальнобойщиков, которых обложили обязательным побором через так называемую систему «Платон». За каждый километр пути по федеральным дорогам грузовые машины массой свыше 12 тонн должны платить 1 рубль 53 копейки, а весной сумму сбора грозятся довести до 3 рублей 73 копеек. Недовольные окрестили новую тяготу «сбором Ротенберга», так как всероссийским оператором «Платона» выступает фирма, возглавляемая сыном известного бизнесмена.

Автоперевозчики и крупнейшие союзы ритейлеров обратились к премьер-министру с просьбой отменить плату, или хотя бы скостить её. Вчера Дмитрий Медведев в своём публичном интервью дал косвенный ответ на это обращение: мол, всё в порядке, непорядки в системе сбора устранены, а платить придётся. При этом уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов утверждает, что введение «Платона» подстегнёт инфляцию и приведёт к росту цен на 2,7%.

Скажите, нас в самом деле ожидает новый виток инфляции? И зачем правительство так поступает?

— Давайте отделим мух от котлет. Отдельно прогнозируемые масштабы инфляции, отдельно выгоды и невыгоды от «Платона». Скажу сразу — я считаю введение нового сбора в разгар кризиса вредным для экономики.
Но вы спросили про инфляцию, и тут надо признать, что разговор про 2,7% — обычная «страшилка».

— Почему? Перевозчики ведь приводят расчёты. Например, бизнесмены из «Союзмолока» утверждают, что килограмм молока подорожает на 1 рубль 20 копеек, а весной — на все два с полтиной. Это больше, чем угроза Титова.

— Давайте посчитаем. Положим, вы везёте тонну молока. Чтобы она подорожала на 1 200 рублей (обещанные «Союзмолоком» рубль двадцать на кило), надо проехать при нынешнем сборе 800 километров. Но тонна молока — это «Газелька», они под «Платон» не попадают, облагаются только большегрузы. А если вы везёте 10 тонн молока, для заявленной наценки надо ехать в десять раз больше — 8 тысяч километров. Они там что, оленье молоко с Чукотки собрались возить?

В большинстве областных центров среднее плечо по перевозке молока 100-200-300 километров, то есть везут из собственного региона и от ближайших соседей. В Москве и Питере, в северных городах — среднее плечо от 500 до 1000 километров, в обе стороны до двух тысяч. Максимум копеек двадцать-тридцать на литр там возникает наценка, никак не рубли.

— Но ведь цены на продукты в самом деле возобновили рост?

— С «Платоном» это связано в очень малой степени. Тут два фактора: первый — сезонное повышение, ведь лето кончилось, а зимой продукты всегда дороже. А второй — за осень прилично подрос курс доллара.

— Дорожает не только импорт, но и наши, отечественные товары. Они-то как с курсом доллара связаны?

— Нет ни одного отечественного продукта, который полностью независим от курса доллара. Каждый агропроизводитель хоть что-то заграничное, но использует. Семенной материал, гербициды, витамины, оборудование… Хоть небольшая, но валютная составляющая в наших продуктах всегда есть. Кроме того, рынок — система взаимосвязанная. Потянулись вверх цены на импорт — наши в стороне не останутся.

Давайте сравним два фактора,- «Платон» и курс доллара,- как они влияют на инфляцию? ВВП России по прошлому году — 71 триллион рублей. «Платон» обещает собрать 50 миллиардов — то есть общая наценка на ВВП меньше, чем 0,1%. А вот стоимость импорта в этом году ожидается под 180 миллиардов — не рублей, а долларов. Рост валютного курса на десять пунктов означает удорожание импортной корзины почти на два триллиона целковых, или виток инфляции почти на 3%. Это не считая того, что параллельно потянутся вверх цены на отечественные товары.

50 миллиардов и 2 триллиона — вот разница между введением «Платона» и неблагоприятной валютной конъюнктурой. Так что «Платон» нервно курит в сторонке. Инфляцию подстёгивает дорожающая валюта.

— Перевозчики утверждают, что 50 миллиардов — смехотворная цифра, на самом деле сборы будут во много раз больше…

— Хорошо, давайте с другой стороны зайдём. Официальный грузооборот автомобильного транспорта за 2014 год — 246 миллиардов тонно-километров. Если считать в среднем по 12 тонн на фуру, всероссийский пробег около 20 миллиардов километров. По полтора рубля каждый километр — за год набегает 30 миллиардов. По трёшке — 60. Это если всё везут большегрузы. Но есть ведь и малый транспорт, его надо вычесть. Вот и получаются заявленные полсотни. Расчёт правительства верный, если оперировать официальными данными.

Другое дело, если существуют огромные теневые перевозки, и они не учитываются в статистике. В таком случае правительство верно делает, с тенью надо бороться. Обязательный платёж, обязательная установка приборов навигации выведут из тени всех серых перевозчиков.

— Выходит, «Платон» полезная штука? С теневыми перевозчиками борется, на инфляцию почти не влияет?

— Нет, в условиях кризиса «Платон» штука вредная. Для контроля за теневыми перевозками достаточно было ввести символический сбор, копеек 50, например. Но вытягивать с рынка десятки миллиардов рублей за «воздух», когда рынок и так страдает от сокращения потребительского спроса — это усугублять кризис.

Инфляция может быть продуктивной, когда дополнительные выплаты населению стимулируют спрос, — тогда товары находят покупателя, тогда производство получает шанс на расширение. А инфляция, порождённая «Платоном», контрпродуктивная, — она ведёт к удорожанию без повышения спроса, в итоге будет сжимать сбыт товаров, сжимать производство. Пусть это сжатие всего на 0,1%, но сейчас для борьбы с кризисом каждая доля процента на счету.

Проще говоря, в кризис правительство должно давать деньги народу, а не забирать их. Поэтому я считаю, что до выхода экономики на устойчивый рост «Платон» надо заморозить.