Когда прогрессивная интеллигенция встречает разговоры об украинском фашизме брезгливым смехом и веселым поминанием жидобандеровцев (интересно, почему никому еще не пришло в голову шутить о жидобериевцах), очень примечательно то, что фашизм она воспринимает исключительно в антисемитском изводе.
Как будто в Руанде было что-то совсем-совсем другое.
Движущей силой фашизма является ресентимент, а не расовая доктрина.
Для немецкого обывателя евреи были повинны в бедах Германии, а национальность являлась лишь способом опознать злодеев.
Собственно говоря, фашизм — это всего лишь практика, позволяющая справиться с ресентиментом.
Хотя украинский Майдан с самого начала (москаляку на гиляку) носил антироссийский характер, я далек от мысли о том, что украинцы ненавидят русских по крови.
Просто архетипический Вечный москаль (как архетипический Вечный жид в Германии) является олицетворением того, что мешает Украине быть свободной (богатой, евроинтегрированной и т. п.).
Соответственно, врагами-москалями могут быть и негр, и украинец, не разделяющие свидомых идеалов.
Как говорил рейхсмаршал Геринг, «у себя в министерстве авиации я сам решаю, кто еврей, а кто — нет».
В Одессе жгли не евреев и не русских.
Жгли людей, про которых могли сказать: «Они мешают нам жить».
Разве свидомым есть дело до национальности ватников Донбасса, если там живет просто «другой биологический вид»?
