Василий Авченко: правый руль шатается, но не сдается
На днях ехал по трассе «Хабаровск — Владивосток». В сторону Хабаровска один за одним двигались автовозы, гружённые беспробежными (то есть ещё не бегавшими по России) «японками» — в каждом по восемь. В направлении Владивостока такой же нескончаемой вереницей летели пустые автовозы — за новой добычей. И это несмотря на все отечественные пошлины и зарубежные санкции.
Правый руль на Дальнем Востоке — больше, чем правый руль. Он стал образом жизни, сформировал целое поколение. Отсчёт великой праворульной эпохи ведут с рубежа 1980-1990-х, когда оставшиеся без работ и зарплат офицеры, рыбаки, учёные дружно переквалифицировались в коммерсантов. Благо под боком у Приморья оказались Китай с всяческими шмотками, Корея с «дошираком» и «чокопаем» и Япония с недорогими и безумно продвинутыми по тем временам (кондиционеры, «автоматы», «суперсалоны»...) подержанными праворульками.
Они стремительно стали фактором экономики, культуры и даже политики. Возник новый автожаргон («целка» — Toyota Celica, «сайра» — Toyota Soarer, «вэдовый» — полноприводный и так далее). В еретической баранке дальневосточники увидели символ свободы. Появились афоризмы «Хороший руль левым не назовут», «Сердце слева, руль — справа». О правом руле пел музыкант Иван Панфилов, писал поэт Иван Шепета. Появилось даже пиво «Праворульное».
Неудивительно, что нападки на правый руль (начиная с 1993 года, когда премьер Виктор Черномырдин пытался его запретить, но потом дал задний ход) воспринимались на Дальнем Востоке и в Сибири как покушение на святое. Росли пошлины, воздвигались новые таможенные барьеры, но дальневосточники всякий раз их преодолевали. Изобрели «конструкторы» (ввоз автомобиля по частям — кузов, подвеска, двигатель), потом — «распилы» (кузов ещё в Японии пилится надвое, а потом сваривается заново) и т. д.
Приезжим Владивосток и сегодня кажется городом тотально праворульным, я же замечаю другое: с каждым годом леворучиц у нас — всё больше. У городского ГАИ ещё можно увидеть «крауны» и «марки» в боевой раскраске ДПС, но скоро уйдут и они. Автошколы перешли на левый руль, да и рядовой автолюбитель всё чаще смотрит налево. И всё-таки на Дальнем Востоке праворульки по-прежнему доминируют, и многие не видят им альтернативы.
Начало спецоперации привело к неожиданному ренессансу дальневосточного автобизнеса. С российского рынка ушли многие официальные автодилеры. На Дальнем Востоке освободившиеся ниши (машиноместо пусто не бывает) начали занимать новые «китайцы» и привычные подержанные «японцы». В августе 2022 года Владивостокская таможня поставила рекорд, оформив 22 тыс. автомобилей. По итогам первого полугодия 2023 года был побит и этот рекорд, причём около 80% ввозимых машин составили именно бэушные «японки». Для растаможки не хватало рук, штат инспекторов пришлось увеличивать.
Много лет типичной дальневосточной фобией был страх запрета правого руля Москвой. Однако новая беда пришла откуда не ждали. В августе 2023 года Япония прекратила поставки в Россию машин с объёмом мотора свыше 1,9 л, а также гибридов и электромобилей (перед этим в японских СМИ появились публикации о том, что пикапы Toyota Hilux российские бойцы используют в Донбассе в качестве тачанок XXI века). Под удар попали культовые на горно-таёжном Дальнем Востоке «крузаки», «сафари» и другие внедорожники (вот уж действительно — «колёсами печально в небо смотрит круизёр», как пел Илья Лагутенко), кроссоверы-«паркетники», микроавтобусы, комфортные седаны вроде «камри» и «крауна», гибридные «приусы», на которых гоняют чуть не все владивостокские таксисты, и так далее.
Среди неофициальных символов Владивостока первое место много лет держал Зелёный Угол — крупнейший в России рынок подержанных японских машин, мекка паломников-«перегонов» со всего Зауралья. Теперь под раздачу попал и он: оказалось, что рынок занимает территорию Сапёрного редута № 4 — памятника истории и архитектуры. Примерно половине рынка пришлось сворачиваться и переезжать за город. Но дальневосточный автобизнес в который раз продемонстрировал завидную способность держать удар. Структура импорта изменилась, но объёмы сохранились. А «непроходные» машины повезли в Россию через третьи страны — например, Южную Корею.
2025 год принёс новые угрозы. В сентябре глава комитета Совета Федерации по экономической политике Андрей Кутепов предложил заняться «постепенным замещением» праворульных автомобилей. Официальный представитель МВД РФ Ирина Волк заявила, что ни о каких запретах правого руля речи не идёт, но нервозности в воздухе всё равно прибавилось.
Главная сегодняшняя угроза для автоимпорта — новые правила расчёта утилизационного сбора. Льготная ставка для физлиц (5,2 тыс. руб. вместо сотен тысяч) сохранится только в отношении машин с мощностью двигателя до 160 «лошадей», а в случае с гибридами и электрокарами — до 80. Остальные или существенно подорожают, или вовсе покинут рынок. Сначала новые правила предполагалось ввести уже 1 ноября, потом первый вице-премьер Денис Мантуров поручил перенести «время Ч» на месяц, чтобы уже заказанные иномарки успели оформить по старым правилам, но принципиально это ничего не изменит.
Всякий раз, когда в прежние годы над дальневосточным автомобилизмом сгущались тучи, начинался ажиотаж: все стремились сменить машину, пока не поздно. То же — и теперь: в первые две недели октября Владивостокская таможня зафиксировала очередной рекорд по ввозу машин.
Из японских портов одно за другим идут суда, которые едва успевают разгружать, а по трассе «Владивосток — Хабаровск» движется поток автовозов. Хватает и «самогонов». Те, кто гонит машину куда-нибудь в Сибирь своим ходом, заботливо укутывают её мордочку в поролон — от сколов, заклеивают ветровое стекло особой плёнкой... Правый руль живёт, пусть его золотая эпоха и миновала.
