Что несёт Таджикистану визит Джона Керри?

Большое турне Джона Керри, устремившегося сразу после переговоров в Вене в Центральную Азию, развивается почти по плану, если не считать, что Сорос, который должен был выступить вместе с Керри в Бишкеке, вдруг отказался туда ехать, сославшись на «недомогание». После короткого приёма у президента Атамбаева Керри переместился в Самарканд, где специально для встречи с госсекретарём США были собраны министры иностранных дел пяти бывших среднеазиатских республик Советского Союза. Затем маршрут Керри пройдёт через Таджикистан, Казахстан и Туркмению….

Видимо, неудачи, преследующие политику администрации Обамы в Сирии, заставили Вашингтон с особой остротой вспомнить, что ещё в 1997 году США отнесли Центральную Азию к «приоритетным направлениям американской дипломатии» и включили в зону ответственности Центрального командования ВС США.

Из всех пяти республик Центрально-Азиатского региона наиболее неустойчивым остаётся положение в Таджикистане. Республика граничит с Афганистаном на протяжении 1344 километров. Граница проходит в трудно поддающейся контролю горной местности, и более чем на половине её участков в последние недели происходят боестолкновения с исламистами, напирающими с юга.

28 октября власти Афганистана подтвердили, что талибы взяли под свой контроль ещё один уезд в пограничной с Таджикистаном провинции Тахар. И уже более полугода исламисты (по одним данным, это «Талибан», по другим — «Исламское государство») укрепляются в другой пограничной провинции — Кундуз.

Кундуз для Таджикистана — не просто последний крупный афганский центр на пути к Душанбе. За последние пару десятков лет Кундуз был своего рода порто-франко для транзитной торговли. Здесь долго было тихо и спокойно, насколько это вообще возможно в Афганистане, так как враждующие группировки всех ориентаций заботливо блюли интересы прибыльной торговли.

Сейчас всё стало выглядеть иначе. Талибы явным образом готовятся к захвату власти в Афганистане и усиливают напор на границу с намерением перехватить контроль за торговлей наркотиками, которая бурно развивалась на протяжении всех 14 лет американской оккупации Афганистана. Часть производственных площадей до сих пор неподконтрольна «Талибану», но это и не столь важно. Более важна связь с оптовыми посредниками, которые находятся в Таджикистане и Узбекистане.

Важным фактором обеспечения безопасности Таджикистана является расположенная в республике 201-я военная база — крупнейшее воинское соединение России за её пределами — дислоцированная в Душанбе, Курган-Тюбе и Кулябе. Согласно подписанному Москвой и Душанбе в октябре 2012 года соглашению, российская военная база будет находиться в Таджикистане как минимум до 2042 года. В начале октября Министерство обороны РФ сообщило о переброске в Гиссарский район Таджикистана на аэродром Айни, в 25 километрах на запад от Душанбе, дополнительной группировки российской авиации в составе ударных вертолетов Ми-24П и транспортно-боевых Ми-8 МТВ.

Однако стабилизация положения в Таджикистане не сводится к обеспечению военной безопасности. В начале осени ситуацию серьёзно осложнил политический кризис в республике, связанный с военным мятежом и изменением положения, в котором на протяжении последних без малого двух десятков лет находилась Партия исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ).

Напомним, что во время гражданской войны в Таджикистане (1992—1997 гг.) ПИВТ входила в состав Объединённой таджикской оппозиции. Подписание в 1997 г. президентом Эмомали Рахмоном (который был тогда Рахмоновым) и лидером ПИВТ Саидом Абдулло Нури «Общего соглашения о мире в Таджикистане» положило конец войне, а ПИВТ превратилась в один из основных элементов политической структуры республики. Гарантами установления в стране гражданского мира выступили тогда Россия и Иран. Сейчас модель, созданная в 1997 году, разрушена.

После вспыхнувшего 4 сентября мятежа бывшего заместителя министра обороны Абдухалима Назарзоды (его группировка была ликвидирована 16 сентября 2015 года в Рамитском ущелье к востоку от Душанбе) Верховный суд Таджикистана вынес официальное постановление о признании Партии исламского возрождения Таджикистана экстремистско-террористической организацией и запрете ее деятельности на территории республики. За этим последовали аресты практически всего руководства ПИВТ.

Генеральная прокуратура Таджикистана, заявившая об аресте 23 активистов и членов высшего руководства ПИВТ, возбудила в отношении них уголовные дела по широкому спектру статей: «Терроризм», «Организация преступного сообщества», «Возбуждение национальной, расовой, местнической или религиозной вражды», «Насильственный захват власти», «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности» и «Вооруженный мятеж».

Рост напряжённости внутри республики и вовне тесно связаны. Вдоль афгано-таджикской границы уже создан целый ряд лагерей подготовки террористов. Имеется информация, что в настоящее время здесь сосредоточены боевики не только из всех стран Центральной Азии, но и из Чечни, Дагестана, китайского Синьцзяна…

Так что всё-таки в этих условиях предлагает руководству Таджикистана государственный секретарь США Джон Керри, который по завершении в Самарканде коллективной встречи с пятью министрами иностранных дел региона прибывает в Душанбе?

Выбор, который Таджикистану предстоит сделать уже в самое ближайшее время, станет выбором его будущего.