Что Лукашенко забыл у Эрдогана? | Продолжение проекта «Русская Весна»

Что Лукашенко забыл у Эрдогана?

Ближневосточная тематика во внешней политике Белоруссии за последние годы не раз становилась предметом пристального внимания экспертов. При этом особый интерес всегда вызывали белорусско-турецкие связи, особенно в периоды осложнения отношений между Анкарой и Москвой. Именно тогда официальный Минск проявлял всю суть своей внешнеполитической доктрины, сводящуюся к использованию любой ситуации в собственных интересах.

Так, можно вспомнить, что Белоруссия, не желая ссориться с турецкими партнёрами, упорно не замечала проблем, связанных со сбитым в небе Сирии российский истребителем, а позже беззастенчиво зарабатывала на реэкспорте турецких помидоров в РФ. Правда, после того, как весной 2017 года между президентами России и Турции было найдено взаимопонимание, турецкое направление в белорусской внешней политике на некоторое время сошло на нет. Последовавший за этим всплеск активности на данном направлении многие аналитики связали с нарастающими проблемами в экономике страны и постепенно падающим международным статусом Минска. При этом ряд поступков белорусских властей и вовсе вызвали у наблюдателей определенное удивление.

О том, что Александр Лукашенко собирается отправиться в Турцию с официальным визитом, стало известно еще в начале года. Во время встречи белорусского лидера с министром национальной обороны Турецкой Республики Хулуси Акаром, последний передал ему приглашение Реджепа Тайипа Эрдогана посетить Анкару. Примечательно, что сам президент Турции впервые побывал в Белоруссии только в ноябре 2016 года. И тогда, как и в нынешнем году, Александр Лукашенко заявил, что «Турция является для нас приоритетным партнером».

«Мы очень высоко ценим нашу дружбу и нацелены на продуктивное взаимодействие по всем направлениям. Давайте продвинем наши отношения настолько, насколько мы способны это сделать. А мы можем многое», — отмечал белорусский лидер.

Подобные высказывание в период острой политической конфронтации Анкары и Москвы вызвали в России определенное возмущение, но тогда на них в Минске не обратили никакого внимания. В белорусской столице рассчитывали, что рано или поздно президенты двух стран смогут найти точки соприкосновения, и о невнятной позиции Белоруссии в российско-турецком конфликте попросту забудут. Тогда такой расчет белорусского руководства оказался верным. Нынешняя же поездка президента Белоруссии в Турцию и последовавшие после нее заявления оставили после себя двоякое впечатление, которое не позволяет в полной мере понять суть происходящего.

Стоит напомнить, что накануне визита Александр Лукашенко дал весьма интересное интервью крупнейшему информационному агентству Турции «Анадолу», где раскритиковал не только страны Запада, но и Россию. При этом белорусский лидер несколько раз подчеркнул, что его страна в скором времени сможет наладить с Турцией такие же дружественные связи, как с РФ, а он и Реджеп Эрдоган называют друг друга «братьями». «У нас нет никаких закрытых тем для сотрудничества, и в связи с этим наши отношения очень близкие и очень дружественные на сегодняшний день», — отметил в интервью Лукашенко. Подобные слова звучали из уст президента Белоруссии не в первый раз, что, учитывая личность президента Турции, должно было убедить Анкару в искреннем стремлении официального Минска сохранить существующие на сегодняшний день отношения между странами. Этому же был призван способствовать и визит Лукашенко в Турецкую республику 16 апреля. При этом, как и в случае с остальными поездками белорусского лидера последних лет, главной темой должно было стать не политическое, а экономическое сотрудничество и, в первую очередь, «несбалансированная торговля». Однако, как показали итоги визита, прорывных решений в столице Турции сторонам принять не удалось.

Сегодня известно, что по итогам 2018 года двухсторонний товарооборот Белоруссии и Турции составил $ 942 млн, увеличившись за год на 5%, хотя сальдо для Минска по-прежнему осталось отрицательным (экспорт белорусских товаров составил лишь $ 134 млн). При этом стоит напомнить, что такую планку стороны установили еще в 2016 году, и, по мнению Лукашенко, даже он не ожидал, что ее удастся достичь так быстро. Поэтому воодушевленные столь быстрыми темпами стороны и в этот раз поставили перед собой новую задачу — $ 1,5 млрд. Правда, каким образом это будет достигнуто, ни в Минске, ни в Анкаре решили не уточнять. Как не уточнили и то, о чем конкретно велись переговоры в турецкой столице. В общих фразах лидеров двух стран аналитики так и не услышали то, как будут дальше строиться отношения Белоруссии и Турции, в том числе в области торговли. На сегодняшний день увеличение товарооборота идет в основном за счет роста поставок в Белоруссию продукции сельского хозяйства и легкой промышленности, а также сферы услуг, в первую очередь, туристической. В то же время турецкие инвестиции в Белоруссии продолжают оставаться мизерными — за все годы сотрудничества их объем достиг $ 1,2 млрд, при этом в 2017 году они составили лишь $ 51 млн. В свою очередь белорусская сторона продолжает поставлять в Турцию в основном калийные удобрения, дорожную технику, оборудование, синтетические волокна и нити.

При этом стоит отметить, что, судя по официальной информации, заключенные во время нынешнего визита Лукашенко договора, о которых громко было объявлено в белорусских госСМИ, на самом деле оказались довольно небольшими. Так, общая сумма подписанных контрактов составила $ 325,67 млн из которых белорусский экспорт — $ 318 млн. Из них 200 млн евро должен будет получить «Нафтан», но не в 2019 году, а в течение последующих шести лет, поставляя в Турцию нитрилакриловую кислоту. Схожие условия прописаны и в договоре с турецкой компанией белорусского ОАО «Гродно Азот», запланировавшего поставку полиамидной нити на сумму более $ 14,7 млн. Еще один флагман белорусской машиностроительной отрасли ОАО «Амкодор» должен будет поставить в Турцию 30 единиц снегоуборочной техники на сумму около $ 1 млн 350 тыс. «Могилевхимволокно» и вовсе заключило лишь меморандумы о намерениях на $ 64,5 млн о поставках до 2021 года полиэфирного волокна. Иные подписанные в Анкаре документы, по мнению экспертов, и вовсе не стоит рассматривать, так как они не делают погоды в белорусско-турецкой торговле.

Таким образом, о «новой вехе» сотрудничества Белоруссии и Турции сегодня говорить преждевременно. Особенно, если учитывать ряд особенностей белорусской внешней политики.

По словам Александра Лукашенко, Турция сегодня является «абсолютным приоритетом» для Белоруссии. «Я не думаю, что сегодня ты можешь нас в чем-то упрекнуть. Мы всегда были нацелены на добрые отношения, соблюдали наши договоренности и, если обещали, чего бы нам ни стоило, всегда делали. Так будет впредь», — сказал белорусский лидер по итогам переговоров с Эрдоганом. И такая риторика, как уже указывалось выше, не является чем-то необычным. Удивительным является то, что, декларируя приверженность стратегическим отношениям с Турцией и называя ее опорной точкой Белоруссии на Ближнем Востоке, официальный Минск буквально на следующий день после визита Лукашенко в Анкару сделал довольно противоречивое заявление. 17 апреля белорусский руководитель официально поздравил Сирию с национальным праздником — Днем Эвакуации. При этом в заявлении, адресованном сирийскому лидеру Башару Асаду, говорилось, что «под Вашим профессиональным руководством Сирия в скором времени успешно преодолеет все трудности, вызванные вооруженным конфликтом». В данном случае можно было бы все списать на стандартные дипломатические процедуры, если бы не тот факт, что «приоритетный» партнер в регионе — Турция, является одним из главных противников Асада.

Стоит вспомнить, что в нынешнем сирийском конфликте Турция поддерживает мятежников, в то время как ближайший союзник Белоруссии Россия — режим президента Башара Асада. В апреле 2018 года Реджеп Эрдоган в разговоре с президентом РФ Владимиром Путиным назвал нынешнего сирийского президента «убийцей», а тех, кто поддерживает его режим — совершающими «серьезнейшую ошибку». Позже, в сентябре того же года, турецкий лидер заявил, что мирное урегулирование в Сирии невозможно, пока Асад остается у власти. И подобных заявлений, как и прямых недружественных действий по отношению к Сирийской республике, со стороны Турции за последние годы можно насчитать множество.

В свою очередь, в Дамаске к нынешнему турецкому руководству теплых чувств также не питают. Например, в начале февраля советник сирийского президента Бусейна Шаабан заявила что Реджеп Тайип Эрдоган с самого начала сирийского конфликта пытается приблизить членов организации «Братья-мусульмане» к власти в Сирии. Кроме того, Башар Асад в свое время назвал турецкого лидера «мелким слугой Америки».

В подобной сложной ситуации многовекторность белорусского руководства, по мнению экспертов по Ближнему Востоку, может сыграть с Минском весьма неприятную шутку. Сегодня известно, что Белоруссия очень заинтересована в участии в восстановлении экономики Сирии. Об этом неоднократно заявлял и сам Лукашенко, который, действительно, делает многое для того, чтобы заработать там, где только это возможно. Поэтому принятие на оздоровление сирийских детей, а также отправка гуманитарной помощи Дамаску являются не просто жестом доброй воли, но и демонстрацией стремления поддерживать с сирийским руководством необходимый для участия в восстановлении страны уровень политических отношений.

При этом сегодня известно, что воссоздание экономики Сирии может потребовать более $ 400 млрд. Даже если Минск сможет получить 1% от этих средств, то это будет несоизмеримо больше того, на что Белоруссия может рассчитывать при торговле с Турцией. Однако, как считают аналитики, последние действия белорусских властей могут сорвать всех их планы в обоих направлениях. Заявления о стратегическом партнёрстве с Турцией вряд ли будут восприняты с воодушевлением в Дамаске, а слова о «профессиональном руководстве» Асада не добавят положительных моментов в белорусско-турецкие отношения. В обоих случаях, как считают эксперты, из-за своей чересчур «нейтральной» и «многовекторной» политики Белоруссия рискует лишиться всех преференций и доходов, на которые в обозримом будущем рассчитывают в белорусской столице.

Таким образом, следует констатировать, что нынешняя внешнеполитическая доктрина Белоруссии на Ближнем Востоке продолжает оставаться до конца не оформленной. По своей сути она базируется не на принципах политической и экономической целесообразности, а на близости интересов и личностных качеств лидеров Белоруссии, Сирии, Турции и ряда других стран региона. Приверженность авторитарному стилю правления, неприятие давления со стороны Запада и некоторые иные отличительные черты политических режимов этих стран являются основой их сотрудничества и взаимного интереса.

При этом нельзя отрицать, что Белоруссия действительно остро нуждается в дополнительных рынках сбыта своих товаров и услуг, а поэтому руководство страны не отказывается от сотрудничества ни кем, в том числе, и с явно конфликтующими друг с другом сторонами. Однако следует признать, что такая внешняя политика, где, как в случае с Турцией, официально пропагандируется главная цель — получение прибыли от взаимной торговли, не способна вывести отношения республики с ее партнёрами на новый уровень. Отсутствие четкой политической установки, неуклонное лавирование, непостоянность взглядов, чрезмерная нейтральность и поиск собственной выгоды в любых ситуациях — все это, в конечном счете, будет только отталкивать от Белоруссии ее потенциальных партнеров. В том числе, и на Ближнем Востоке.