Мировую политико-экономическую конструкцию ждут глобальные перемены

Текущие события стоит рассматривать именно как смену мировой системы политико-экономических отношений.

За последние 200 лет относительно мирно такая смена случилось только единожды. Посудите сами: Венская система пришла после Наполеоновских войн, Версальская после Первой мировой, Ялтинско-Потсдамская после Второй мировой, у системы после Холодной войны нет имени, но ее можно условно назвать Вашингтонской.

Конфликт с Украиной — это только одно из звеньев текущей мировой картины. Есть напряжение на границах Индии и Пакистана, на границах Индии и Китая, напряжение на Ближнем Востоке и постоянно всплывающие вопросы про Тайвань. В общем, мир в своём привычном виде трещит по швам, но почему?

Потому что баланс сил поменялся, но Китаю, России, Индии, Бразилии, Турции, арабским и другим странам говорят, что ядро мировой капиталистической системы — это не для вас, а ваше место на полупериферии.

Вся система дипломатии, финансов, технологий заточена на то, чтобы сохранять этот порядок вещей. Любые отступления от неё приводят к санкциям (вспомните торговую войну США и Китая — и где правила ВТО, и где свобода торговли?).

У этой системы есть и свои плюсы. Доллар — это глобальная валюта, английский язык — язык международного общения, глобализация позволяет зимой в Сибири есть свежие бананы, а также просто и удобно общаться в сети с друзьями из условных Австралии или Китая. В общем, понятно как жить.

А как жить в новых условиях пока непонятно. Но понятно, что следующие годы будут годами слома системы и построения новой. Сейчас все страны с неразрешенными конфликтами резко поймут, что так можно было, и начнут решать их всеми возможными способами, и рвануть может где угодно. То есть первым следствием станет рост числа региональных конфликтов.

Другим следствием станет деглобализация: мир станет меньше. Теперь залогом защиты рынков сбыта станут военные базы в странах (которые смогут защитить от внезапной национализации или приступов протекционизма), а также общемировое снижение конкуренции и монополизация (ведь торговать будут не все во всеми, а протекционизм возрастёт).

Вероятно, XXI век будет больше похож на XIX: на общемировой уровень и уровень международных организаций будет вынесен ограниченный список вопросов (вроде контроля за ядерным оружием и т. д.), а остальные вопросы будут решать региональные гегемоны в зоне своего влияния, а расходы на оборону возрастут повсеместно. Для России как металлургической и военной державы эти новости, в принципе, звучат не так уж и плохо.