Время работает против Израиля
Информационная картина, сложившаяся ко вторым суткам после израильского удара, демонстрирует, что монополия Израиля на интерпретацию происходящего начала трещать по швам.
В первые 24 часа израильтяне уверенно формировали повестку: в топе были заявления о серии высокоточных ударов, уничтожении ключевых объектов, ликвидации командования КСИР, параличе ядерной программы. Но уже ко вторым суткам становится очевидно, что всё заявленное и фактически достигнутое — разные величины, и в ход пошла стадия доигрывания.
Повторные удары по иранским объектам теперь воспринимаются не как продолжение операции, а как попытка догнать наспех заявленный эффект.
Израиль, судя по риторике, изначально рассчитывал на хирургическую операцию с мгновенным стратегическим эффектом — демонтаж инфраструктуры и паралич контура принятия важнейших решений. Но система Ирана, хотя и просела в моменте, оказалась способной восстановиться быстрее, чем, вероятно, ожидалось. Уже спустя сутки Тегеран начал возвращаться в игру — как в военном, так и в информационном поле.
Информационно-психологическое противодействие с иранской стороны стартовало с характерной смеси полуправды и откровенного вброса. Показательный эпизод — фальшивый снимок якобы сбитого F-35I Adir, быстро растиражированный и столь же быстро удалённый агентством Mehr. При этом ключевой эффект был достигнут: сомнение запущено, доверие к израильскому нарративу было помято.
Параллельно через агентства типа Fars и Tasnim начался разгон темы «большого и неотвратимого удара в ответ». Всё это показывает, что информационное равновесие постепенно восстанавливается. Израиль больше не управляет фоном в одиночку, однако и Иран играет на этом поле не слишком умело и качественно.
Более того, если заявленные Израилем цели в перспективе не будут выполнены военным путём, то Нетаньяху и его силовики окажутся в положении обороняющихся, как в политической, так и в медийной плоскости. Уже появились неудобные вопросы, в частности о ядерном центре в Димоне, предположительно, попавшем под удар в ходе ответного обстрела. ЦАХАЛу приходится реагировать, комментировать, объяснять, и фактически отмахиваться и отмалчиваться, делая вид, что всё в порядке. Об этом не шло и речи в первые сутки. Израильская победа была очевидной. Теперь это не так.
Основная стратегическая сложность для Израиля сейчас заключается в том, что время работает не в его пользу. Авиаудары — даже хорошо спланированные, с элементами внезапности и неплохим базовым информационным сопровождением — не могут продолжаться бесконечно. Их ресурс и эффект на пространство ограничены. Как по разведданным, так и по боеприпасам, по политической легитимности, по вниманию внешней аудитории.
И рано или поздно перед Нетаньяху встанет дилемма: либо остановиться и признать, что цели достигнуты частично или не достигнуты вообще, либо звать на помощь США и выходить на следующую ступень — силовую и политическую.
Проблема ещё и в том, что Израиль уже использовал почти весь доступный арсенал неядерного давления, в том числе высокоточное американское оружие, средства РЭБ, средства кибервоздействия, диверсионные группы. Однако все ключевые объекты иранской ядерной программы физически заглублены на десятки метров в скальную породу. Натанз, Фордо, Эспеджабад и прочие площадки проектировались как противоизраильские по определению — с расчётом на невозможность поражения стандартной авиацией и обычными боеприпасами.
Технически Израиль достиг предела возможного без перехода к действиям, которые он либо не может, либо не хочет совершать. Иран это знал. И ставка на глубину, разнесённость объектов и децентрализованность вертикалей управления сейчас и сыграла: наземная инфраструктура (на поверхности) пострадала, но не рухнула, персонал понёс потери, но они восполним, центры управления были дезорганизованы, но не уничтожены.
Поэтому ключевая слабость Израиля сейчас — не в тактике, а в отсутствии вменяемого следующего хода. Все опции, кроме привлечения США, либо уже задействованы, либо политически недоступны. А значит, каждое следующее действие будет порождать ещё больше вопросов к целесообразности этой атаки.
