Олег Царев: о несбывшемся хитром плане Порошенко

Олег Царев — о том, почему украинский президент решился объявить о самоотводе из минского процесса.

Когда-то борец за права чернокожих в США Мартин Лютер Кинг сказал: I have a dream. И за ним пошли миллионы. И мечта его, можно сказать, сбылась.

У народа Украины тоже есть мечта, за которую проголосовали миллионы, а тысячи стоят за нее с оружием в руках. Но Киев стал колыбелью одной из самых жестоких иллюзий современности — глобальной мысли о том, что украинцы и их временный президент мечтают об одном и том же. На самом деле все в точности наоборот — под ружье встали те, кто мечтает о мире, а на Банковой сидит тот, кто грезит о войне.

Порошенко в одностороннем порядке заявил о выходе из системы, которую скрупулезно ковали дипломатические архитекторы в течение целого года. На хрупких плечах минского процесса держались надежды обычных людей по обе стороны фронта. И пусть в глобальном смысле делегаты не добивались того, что называют словом прорыв, минские переговоры рождали результат.

Число солдат, которых удалось выменять из плена, исчисляется тысячами, количество тихих южных ночей — сотнями. Десятки эффективных документов легли в основу процесса по отведению оружия все дальше от «линии боли». И тем не менее Киев за руку вывел за рамки минских переговоров сотни тысяч своих солдат.

Весь хитрый расчет Порошенко в течение долгого времени сводился к тому, чтобы лишить ополчение возможности отбиться самостоятельно и спровоцировать Москву вмешаться. По кромке юго-восточных границ России и бывшей Украины «просторы Вселенной» бороздят несчетное количество спутников, которым до сих пор не удалось снабдить Вашингтон фактами, позволяющими обвинить Россию в агрессии и требовать усиления санкций, и при этом не казаться идиотами.

Вместе с тем Порошенко мечтает об учреждении международного трибунала по событиям в Донбассе. Не получилось с «боингом» — так, может, получится здесь. В случае захвата Донецка и Луганска, я думаю, будет не сложно найти сотню-другую укропатриотов, которые под присягой расскажут, что видели там не только солдат российской армии, но и лично Путина с Шойгу.

Порошенко уверен, что за ним, как за Лютером Кингом, пошли миллионы и ради его мечты украинские воины проливают кровь — ради того, чтобы устроить судилище не только над ополченцами, организаторами референдума, над членами правительств и депутатами ДНР, ЛНР, Новороссии, но и над всей Россией и её руководством. Чтобы осудить Москву за агрессию и возложить на её плечи финансовое бремя не только по восстановлению Донбасса, но и по компенсациям государству Украина и семьям погибших и раненым бойцам АТО.

Но эти мечты Порошенко никак не коррелируются с теми вопросами, которые становятся основой минских встреч. Чем больше стороны говорят о мире, тем дальше от украинского лидера ускользают его призрачные милитаристские антиутопии.

Однако тот факт, что из минского формата выпал самый неэффективный и строптивый делегат, может стать катализатором для перезапуска этого процесса. И уже «Минск-3» грозит приобрести форму саммита единомышленников, готовых пожертвовать многим, лишь бы мечты Порошенко никогда не сбывались.