Англосаксы: Меркель является самым великим политиком современности. С чего бы это?

 Крис Паттен — последний британский губернатор Гонконга, бывший коммисар ЕС по международным делам, ректор Оксфордского университета написал статью о величии Меркель. По его мнению,   Меркель, «выступившая против Путина», достойна быть причислена к сонму великих людей. Публикуем перевод этого любопытного документа.

Двести лет прошло с момента битвы при Ватерлоо, когда полный разгром Наполеона пробил такую огромную брешь в авторитете его страны, что генерал Шарль де Голль, в своей истории о французской армии, это просто не отметил. Тем не менее, Наполеон, как и де Голль, легко бы вошли в любой список великих лидеров в истории — если предположить, конечно, что некоторые считают что «величие», должно быть индивидуальной чертой.

Маркс и Толстой сказали бы, что нет такого понятия, как «великий лидер». Для Маркса классовая борьба во Франции создала условия, при которых «гротескная личность» — то есть Наполеон — был превращен в героя. Что касается Толстого, для него Наполеон вообще был не особенно хорошим полководцем, его привели к победе мужество и приверженность всех и каждого в отдельности Французских солдат, которые выиграли Бородинское сражение (? — у нас большие сомнения в том, что ректор Оксфорда читал Толстого,- РусНекст).

Независимо от того, был или нет Наполеон великим, остается вопрос о том, смог бы любой другой лидер заслужить это описание. И если да, то кто?

Кажется, существует два особенно важных критерия для великого лидерства. Оба были отмечены политическим философом Исайей Берлином. Во-первых, распознает ли лидер, в какую сторону дует ветер истории? Отто фон Бисмарк это распознал, как и его немецкий товарищ, Конрад Аденауэр; оба, в памятной фразе Бисмарка, могли слышать «шелест Божьего плаща».

Во-вторых, должен ли лидер принимать важные решения? Конечно, если решения лидеру навязываются, ему или ей на самом деле нельзя будет приписать (или обвинить в) них. Таким образом, ключевым является то, что лидер имеет возможность рассмотреть альтернативы и сделать для своей страны правильный выбор.

Вот почему де Голль почти наверняка будет в любом списке великих лидеров. Практически в одиночку он спас Францию от исключения из числа великих держав после Второй мировой войны. После возвращения к власти в 1958 году он спас свою страну во второй раз, подавил две попытки государственного переворота, закончил войну в Алжире и вдохновил конституцию Пятой республики.

Так же, как премьер-Министр Великобритании Уинстон Черчилль, де Голль дал французам новое мировоззрение, которое определило их место в послевоенном мировом порядке. В действительности мировоззрения, что де Голль и Черчилль установили для своих стран, оказались немного слишком важными. Их преемники продолжали воспринимать мир — и роль своих стран в нем — таким образом, что ограничивали рациональное обсуждение и искажали принятие решений в течение многих лет. В результате ни один из последующих лидеров той или другой страны им не соответствовал.

Но есть еще один британский премьер-министр, который может к ним приблизиться: это Маргарет Тэтчер, весьма спорная фигура, которую любили одни и ненавидели другие. Даже ее отставка — в этом году будет 25 лет — была ускорена мятежом в собственном правительстве и партии. Но чтобы быть великим лидером, не нужно быть всеми любимым — или даже вызывать симпатию. И подтверждением этому является то, что даже недоброжелатели Тэтчер не могут отрицать ее влияния.

Помимо того, что Тэтчер была первой женщиной-премьер-министром в Великобритании и одной из первых где-либо, она помогла переломить экономический спад Великобритании. Более того, ее атака на чрезмерно мощные профсоюзы сделала Великобританию управляемой, в то время когда казалось, что страна скатывается в бездействие и беспорядок. Учитывая это, она, безусловно, является кандидатом на статус «великого вождя».

Точно так же китайский Дэн Сяопин может быть признан великим лидером, несмотря на известный факт, который далеко не безупречен. Кроме выполнения темных дел в качестве одного из лейтенантов Мао, Дэн сыграл решающую роль, отдавая распоряжения о бойне на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. Но Дэн также освободил рынок, направив страну на путь к беспрецедентному росту и процветанию, который, в конечном счете поднял сотни миллионов китайцев из нищеты.

Многие будут считать Ли Куан Ю, основателя Сингапура и долговременного премьер-министра, таким же великим, хотя он, вероятно, одобрил бы возможность проверить свой характер на большей арене. И в самом деле, кажется, что размер не влияет на способность обеспечения статуса великого лидера. Я не хочу оскорбить люксембургский дом, когда говорю, что маловероятно, что великий лидер выйдет из такой крошечной страны, особенно учитывая ее в целом неоспоримую политику.

Соединенные Штаты, конечно, достаточно большие, чтобы дать миру великих лидеров. И некоторые президенты действительно совершили великие дела. Гарри Трумэн и Дуайт Эйзенхауэр — безусловно, незурядные личности — показали превосходное решение, тем как они установили послевоенный международный порядок, который поддерживал мир в большинстве стран мира на протяжении десятилетий. Другие, включая Рональда Рейгана и Билла Клинтона, обладали великим даром — говорить, способностью вдохновлять или талантом убеждения.

Джон Ф. Кеннеди немного владел и тем и другим. Он сделал одну великую вещь, разрешив Карибский кризис. И его дару мотивации людей не было равных; это действительно его пережило, его убийством закрепив мощное наследие.

В Африке после смерти президента ЮАР Нельсона Манделы не было большей фигуры, он сочетал в себе смелость, власть, и великодушие в изящном изобилии. На самом деле, он был одним из самых харизматичных и очаровательных лидеров, которых я встречал; другие два — бывший Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан и бывший госсекретарь США Колин Пауэлл — которые также являются африканцем и афроамериканцем.

А что мы имеем сегодня? Единственный современный европеец, который может претендовать на мантию величия, это канцлер Германии Ангела Меркель, фактический лидер Европейского союза. Как и бывшего канцлера Гельмута Коля, ее, по началу зачастую недооценивали, но она добивалась принятия важных решений. Коль предоставил щедрые условия для воссоединения Германии; Меркель выступила против президента России Владимира Путина по повода его интервенционизма на Украине, и она заняла великодушную позицию в решении миграционного кризиса.

Я думаю, что Маркс и Толстой ошибались. Политическое руководство — и мужчины, и женщины, которые его осуществляют — может реально изменить положение вещей, к лучшему или худшему. Сегодня Меркель является ярким примером того, как можно задавать направление Европе, которой необходимо решить сложный экзистенциальный кризис, с которым она столкнулась.

Прочитав эту статью, мы бы, на месте немцев, насторожились.

Из российских (советских) политиков подобных же оценок удостаивался только Горбачев.

Впрочем, возможно, что Меркель, сдающая суверенитет Германии и даже жертвующая амбициозным «европейским государством» ради ТТIP и создания «мирового экономического правительства», окажется достойной преемницей лавров Михаила Сергеевича.