Останется ли на политической карте государство Ирак? | Продолжение проекта «Русская Весна»

Останется ли на политической карте государство Ирак?

Отставку премьер-министра А. Абдель Махди, стремительно утверждённую парламентом, можно считать пирровой победой демонстрантов — вооружённые силы лишились Верховного главнокомандующего, Совет министров — своего председателя, а страна погружается в хаос. Едва протестующие добились ухода премьера, как сразу выдвинули требование отставки президента Бархама Салиха и роспуска парламента. Если на президента в этой стране возложены главным образом церемониальные функции, то пост премьер-министра — один из центров принятия решений. От того, кто и как быстро его займет, зависит очень многое. Сегодня власть в Ираке напоминает волан, который игроки перебрасывают друг другу без всяких правил.

Спикер парламента Мухаммед аль-Халбуси объявил, что президент Б. Салех поручит крупнейшей парламентской фракции представить нового кандидата. Этой фракцией являются депутаты от блока «Саирун» (лидер — М. ас-Садр), которые немедленно отвергли эту идею: мол, всё зависит от народа. Такая перепасовка вынудила М. аль-Халбуси призвать назначить кандидата на пост премьер-министра в течение 15 дней. Официальные СМИ сообщили, что Б. Салих приступил к консультациям с политическими группировками с целью добиться консенсуса. Одновременно появились заявления бывших премьеров Н. аль-Малики и Х. аль-Абади об их отказе баллотироваться. Синхронно в СМИ под видом утечек или «неподтверждённых сообщений» стала обсуждаться кандидатура человека по имени Ибрагим Мухаммед Бахр аль-Улюм. Альянс «Аль-Бина» и партия «Хикма» заявили о намерении собрать подписи 177 депутатов в его поддержку.

Как ни парадоксально, аль-Улюма рассматривают в качестве своего ставленника и Иран, и США.

Ставки велики — Ирак считают зоной своего влияния и Тегеран, и Вашингтон. Нападения на иранские диппредставительства, оскорбления в адрес высших духовных лиц Ирана, попытки осквернить шиитские святыни не могли остаться без последствий, а отставка премьера вынудила Тегеран реагировать быстро и жёстко.

В Багдаде с конца октября находится командующий силами «Кудс» КСИР генерал-майор Касем Сулеймани, который приобрёл репутацию знаковой фигуры в решении наиболее сложных проблем и наделён иранским руководством огромными полномочиями. Миссия его секретна. Известно, однако, что среди главных контрагентов Касема Сулеймани — руководство радикальных шиитских группировок «Бадр», «Асаиб аль-Хак» и «Хезболлах». У них есть ресурс воздействия на события — вооружённые формирования, укомплектованные фанатично настроенными последователями, готовыми выполнить любой приказ. В СМИ неоднократно указывалось, что стрельбу по протестующим вели не только военнослужащие и сотрудники полиции, но и «ополченцы». Жестокость, проявляемая в отношении демонстрантов со стороны боевиков «Асаиб аль-Хак», порой превосходит зверства запрещённой в России террористической группировки ИГ* — и тому есть документальные свидетельства, циркулирующие в Интернете.

Резко возросло число ракетных и миномётных обстрелов американских объектов — посольства США и мест дислокации военных и подрядчиков Пентагона — базы «Баляд», «Таджи», «Айн-Асад» и других. 9 декабря ракетному обстрелу подверглась военная база, расположенная на территории международного аэропорта Багдада — шесть человек получили ранения, двое находятся в критическом состоянии, о национальности пострадавших не сообщается. Эта база является одним из главных пунктов экстренной эвакуации граждан США. Американцы в этих условиях не ограничиваются пассивным наблюдением. 26 ноября в Ираке побывал председатель Объединённого комитета начальников штабов (ОКНШ) ВС США генерал Марк Милли, отдавший приказ привести американский воинский контингент (его численность превышает 5000 солдат и офицеров) в повышенную боеготовность. 9 декабря на авиабазу «Айн-Асад» (провинция Анбар) перебросили около 500 американских военнослужащих из Иордании.

6 декабря Вашингтон объявил о введении санкций «за участие в подавлении акций протестов» в отношении трёх деятелей «народного ополчения», известных своей близостью к иранскому генералу К. Сулеймани: названы имена Хусейна Фалиха Азиза аль-Лами (начальник главного управления безопасности «народного ополчения»), а также Кейса аль-Хазали (лидер группировки «Асаиб аль-Хак») и его брата Лейса.

Вечером 6 декабря в Багдаде на одной из площадей группа неизвестных открыла огонь из автоматического оружия по находящимся там людям: убиты 23 человека (в том числе три полицейских), около 130 получили огнестрельные ранения. 8 декабря послы ФРГ, Франции и Великобритании встретились с бывшим премьером А. Абдель Махди и сделали совместное заявление: «…призвали Ирак не допускать нападений проиранских ополченцев на демонстрантов». Этому предшествовало заявление министра юстиции США С. Мнучина: «Попытки Ирана подавить законные требования иракского народа реформировать свое правительство путем убийства мирных демонстраций ужасны».

Запад, таким образом, обозначил, кто, по его мнению, несёт ответственность за кровавые разборки в Ираке. Немалую роль в нагнетании конфронтации сыграла публикация в The New York Times «Иран воспользовался хаосом в Ираке для наращивания там секретного арсенала баллистических ракет малой дальности», которые могут быть применены для нанесения ударов по Израилю или по местам дислокации ВС США.

Иранская ракетная угроза — маниакальная тема. ВВС Израиля не раз бомбили территории Сирии и Ирака, чтобы «купировать опасность». Статья в The New York Times — это анонс новых ударов. Однако на этот раз всё может быть гораздо серьёзнее, чем прежде. 7 декабря неизвестный дрон нанёс удар по дому Муктады ас-Садра в городе Неджеф — клерика там не было и он не пострадал, но обстановка накалилась ещё больше.

9 декабря МИД Ирака вызвал глав посольств Франции, Великобритании, ФРГ и Канады, которым было заявлено: «Ирак выступает против содержания их совместного заявления, так как оно является вмешательством во внутренние дела». Тут снова подключились США — вице-президент М. Пенс позвонил президенту Б. Салеху и заявил о поддержке иракских протестующих, подчеркнув, что Багдад должен уважать требования демонстрантов.

На 11 декабря в Багдаде запланированы акции, которые упомянутый выше Кейс аль-Хазали назвал «разрушительными» и предупредил: «Это принесет в Багдад самый масштабный хаос». В столицу стягиваются дополнительные силы боевиков «народного ополчения» из других городов страны, силы безопасности также готовятся, но они деморализованы — командиры понимают, что могут легко предстать перед судом. 1 декабря уголовный суд Багдада признал полицейского виновным в убийстве 2 октября двух демонстрантов и приговорил его к смертной казни; ещё один сотрудник МВД получил семь лет лишения свободы. Одновременно специальный суд по расследованию случаев коррупции и злоупотребления властью выписал ордера на арест 226 человек, среди которых есть бывшие и действующие министры, губернаторы, члены парламента, генералы, члены провинциальных советов. 51 человек уже арестован.

Вернёмся к кандидатуре на пост премьера. Альянс «Аль-Бина» был образован в 2018 году и представляет новую силу на иракской политической арене. На сегодня эта группировка располагает в парламенте 143 мандатами, причём депутаты делегированы разными течениями — шиитскими, суннитскими, курдскими. Свой выбор в пользу И. аль-Улюма они аргументируют тем, что это профессионал-технократ, не замешанный в партийных интригах или коррупции. Вспомнили даже, что он в своё время ушёл из правительства в знак протеста против повышения цен на бензин. В 2014–2018 году являлся членом парламентского комитета по нефти и энергетике, имеет опыт законодательной работы.

Расчёт Ирана, который опирается на мощное шиитское лобби в Багдаде, строится на том, что Ибрагим принадлежит к очень религиозной семье. Его отец аятолла Мухаммед Бахр аль-Улюм (умер в 2015 г.) многие годы входил в число самых авторитетных шиитских богословов Ирака, 25 лет жил в эмиграции в Иране, поддерживал связи с радикальными исламистами из партии «Даава». В Тегеране вполне могут сыграть и на противоречиях между кланами ас-Садра, аль-Хакима и ас-Систани — все они претендуют на пост главного вождя иракских шиитов и с подозрением относятся друг к другу.

Что касается США, то американцы всегда могут напомнить, каким образом и благодаря кому Ибрагим Мухаммед Бахр аль-Улюм в 2003 году стал министром нефти Ирака, а его отец возглавил правительственный совет. Ибрагим учился в США (окончил факультет нефти университета Нью-Мексико), работал в Великобритании в различных нефтяных компаниях. Часто посещает посольство США в Багдаде как консультант.

При любом раскладе Ибрагим Мухаммед аль-Улюм — фигура не самостоятельная. Сам он воздерживается от публичных заявлений на тему возможного выдвижения на пост премьер-министра, и это мудро. Уже ближайшее время покажет, нужна ли ещё такая должность или от государства Ирак остаются лишь воспоминания.

1 401