Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что рекламные поступления важны для обеспечения техподдержки сайта!

Историк отвечает за каждое слово и не имеет права на ошибки

03.06.2020 - 15:562 433КОШКИН Анатолий

Идеологические и политические позиции члена-корреспондента РАН, доктора исторических наук Андрея Сахарова оцениваются и воспринимаются в научном сообществе нашей страны, скажем так, неоднозначно. Но в данном случае не об этом.

При прослушивании сегодняшней телевизионной лекции для молодежи по каналу «Культура» в программе Academia на тему «Дипломатия 1939−1945 годов» обнаружил несовпадения взглядов лектора с моими оценками ситуации в мире в данный период.

И не вижу в этом чего-то необычного, ибо, как призывал Мао Цзэдун, «пусть расцветают сто цветов». Но одно дело — научная интерпретация событий, несовпадение в оценках или нюансах, и совсем другое — путаница в фактах истории. К сожалению, в данной лекции мы столкнулись с последним.

Признаюсь, не ожидал и был немало удивлен ошибочными утверждениями доктора Сахарова по поводу дипломатии и политики Японии в данный период в отношении Советского Союза.

Начнем с того, что он ничтоже сумняшеся «объявил», что советско-японский пакт о нейтралитете был заключен в апреле… 1940 года, «за год с лишним до начала войны СССР с Германией».

Если бы не было этого «уточнения», я бы подумал, что уважаемый ученый просто оговорился. Но, получается, что это не так и историк строит свои построения на тезисе о том, что в 1940 году Сталин, обеспечив нейтралитет с Японией, принялся, по логике Сахарова, толкать Японию от своих границ на юг, против США и Великобритании.

Затем историк, как бы походя, замечает, что, имея пакт с СССР, японцы обратили свой взор на юг, на завоевания стран Южных морей, чему способствовала влиятельная группировка сторонников распространения агрессии в южном направлении, которая-де и определила японскую военную стратегию. Складывается впечатление, что уважаемый лектор не достаточно хорошо знает о существовании не только в военных, но и политических кругах Японии вплоть до осени 1941 года «дилеммы Север — Юг».

А также о стратегии «спелой хурмы», предусматривавшей удар по Советскому Союзу 29 августа 1941 года в случае успешного развития германского наступления и переброски на советско-германский фронт с Дальнего Востока и из Сибири половины дислоцировавшихся там советских дивизий и двух третей авиационных, бронетанковых, артиллерийских, инженерных и других частей.

Не узнала присутствовавшая в зале и у экранов телевизоров студенческая молодежь и о том, что тщательно подготовленное японское нападение на СССР не состоялось не в результате желания нанести удар на юге, а вследствие провала германского плана «молниеносной войны» и сохранения высокой боеспособности СССР в восточных районах страны.

Как, сознательно сковывая угрозой нападения на Дальнем Востоке и в Сибири до трети советских войск и военной техники, милитаристская Япония фактически участвовала в войне против СССР на стороне гитлеровской Германии и несет ответственность за немалые дополнительные жертвы нашего народа.

Конечно, нельзя требовать от историка глубоких знаний всех аспектов международной политики и дипломатии периода Второй мировой войны, тем более такой тонкой материи, как история советско-японских отношений, но знанием общеизвестных фактов берущийся образовывать миллионы слушателей телевизионный лектор обладать обязан.

Выбор читателя

Топ недели