Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что рекламные поступления важны для обеспечения техподдержки сайта!

«Судный день»

21.09.2020 - 18:485 790БЕНЕДИКТОВ Кирилл

В конце прошлой недели в США произошло событие, которое может определить будущее страны на ближайшие четыре года. То есть оказать на предстоящие президентские выборы влияние не меньшее, чем пандемия COVID-19 и мятежи движения BLM.

В своём доме в Вашингтоне, округ Колумбия, в окружении любящей семьи скончалась 87-летняя Рут Гинзбург, старейшая судья Верховного суда США. Гинзбург больше 20 лет мужественно боролась с различными онкологическими заболеваниями, но в конечном итоге проиграла битву. Личная её трагедия заключалась, впрочем, не в этом (в конце концов, все люди смертны), а в том, что неформальная глава либерального крыла Верховного суда страны была твёрдо намерена дожить до окончания президентства Трампа или по крайней мере до объявления результатов выборов, до которых остаётся уже меньше полутора месяцев.

Верховный суд США (сокращённо — SCOTUS) — чрезвычайно важный для политической системы Америки институт. И чрезвычайно консервативный: за 229 лет своего существования он почти не претерпел серьёзных изменений. Менялось лишь количество самих судей: в самом начале их было шестеро, но по мере того, как увеличивалась территория страны, росло и число членов SCOTUS. Конституция страны этого специально не оговаривает, но в 1869 году конгресс США постановил, что судей Верховного суда должно быть девять (нечётное число являлось принципиальным условием для выработки независимых решений), и с тех пор эта норма не пересматривалась.

Авторитет судей SCOTUS в Америке чрезвычайно высок. Их имена и даже детали биографии известны не только профессиональным юристам, но и широкой публике. Они — по крайней мере, в теории — не вовлечены в вашингтонские интриги, не пачкают свои белые одежды «грязной политикой», их не затрагивают конфликты интересов. Судьи Верховного суда выносят свои решения исходя исключительно из буквы и духа закона, и в этом смысле их власть выше любой другой — и исполнительной, и законодательной — во всяком случае, такова была исходная идея отцов-основателей, искавших альтернативу британской традиции, в которой правосудие было одним из важнейших аспектов королевской власти.

Жизнь, разумеется, вносит в эту идеальную схему свои коррективы. Хотя члены SCOTUS должны быть беспристрастны, у них, как у всех нормальных живых людей, есть свои политические предпочтения, выражающиеся в том, как они толкуют те или иные законы: исходя из консервативной, умеренной или либеральной философии права.

Поэтому в реальности в Верховном суде есть и консерваторы, и центристы, и либералы — и Рут Гинзбург была как раз из последних.

Она с молодых лет боролась за равноправие женщин (началось это после того, как в далёком 1963 году ей дали кафедру в юридической школе, но с зарплатой меньше, чем у коллег-мужчин), и в итоге стала своего рода иконой феминистического движения. Она выступала за право женщин на аборт и, разумеется, за права ЛГБТ. Кроме того, Гинзбург ненавидела президента Трампа. Летом 2016 году она заявила в интервью The New York Times: «Я не могу себе представить, какой была бы наша страна с Дональдом Трампом в качестве нашего президента». И добавила, что её муж (скончавшийся в 2010 году) сказал бы, если бы узнал о победе Трампа: «Теперь нам пора переезжать в Новую Зеландию». Вообще, её высказывания о Трампе (тогда ещё кандидате в президенты) были настолько грубыми, что даже либеральнейшая The New York Times в редакционной статье призвала Гинзбург прекратить «политическую критику и навешивание ярлыков».

За несколько дней до смерти, диктуя своё завещание, она призналась внучке, что её самое горячее желание — чтобы на её место не номинировали другого судью, пока в Америке не будет избран «новый президент».

Последние десятилетия расклад в Верховном суде был скорее в пользу либералов. Помимо самой Рут, в либеральный лагерь входили судьи Елена Кейган, Соня Сотомайор и Стивен Брейер, к которым часто примыкал центрист Энтони Кеннеди.

Дональд Трамп, пришедший в Белый дом с консервативной программой, не раз заявлял, что намерен назначить в SCOTUS юристов, которые могут отменить решение ВС по делу «Роу против Уэйда», принятое в 1973 году и легализовавшее аборты на территории США. Первый шаг в этом направлении был сделан в апреле 2017 года, когда сенат США после долгой борьбы с демократами утвердил кандидатуру Нила Горсача, сменившего скончавшегося на посту не менее консервативного Антонина Скалиа (запомните это имя).

В 2018 году на протяжении нескольких месяцев вся Америка затаив дыхание следила за юридической драмой, разворачивавшейся сначала на телеэкранах, а затем и в залах конгресса, — борьбой за назначение в Верховный суд ещё одного консерватора, Бретта Кавано, который должен был заменить ушедшего в отставку Энтони Кеннеди. Кавано стал мишенью для либералов и антитрампистов, обвинивших его в попытке изнасилования некоей Кристин Блейзи Форд, якобы имевшей место 36 лет тому назад.

Двухмесячная травля Кавано, к которой подключились «митушки» и разъярённые вашингтонские феминистки, завершилась позорным провалом: в конце концов сенат утвердил Кавано в должности пожизненного члена Верховного суда (за проголосовали 50 сенаторов, против — 48, один из членов верхней палаты конгресса воздержался, ещё один не пришёл на заседание). Баланс в Верховном суде вроде бы сместился в сторону консерваторов, но не тут-то было! У либералов по-прежнему было преимущество, поскольку председатель SCOTUS Джон Робертс периодически поддерживал их сторону.

Вот поэтому от того, кто сменит ультралиберальную Гинзбург, зависит расклад сил в Верховном суде в эпоху беспрецедентной турбулентности, связанной с президентскими выборами 3 ноября.

Ведь именно Верховный суд обладает правом последнего слова в случае, когда несовершенство американской избирательной системы не даёт преимущества ни одному из кандидатов. Так, в 2000 году именно SCOTUS пятью голосами против четырёх постановил прервать подсчёты бюллетеней, которые велись во Флориде вручную (разрыв между Бушем-младшим и Гором составлял чуть больше тысячи голосов), после чего небезызвестный Джон Болтон сыграл в американского «матроса Железняка»: вошёл в городскую библиотеку Таллахасси в десять часов вечера с постановлением Верховного суда в руке и заявил: «Я представитель команды Буша — Чейни, и я здесь, чтобы остановить пересчёт!»

А учитывая, что, несмотря на все ритуальные завывания CNN и прочих либеральных медиа о якобы неоспоримом преимуществе старого маразматика Байдена, демократы уже сейчас готовятся к проигрышу в день голосования и возможному реваншу позже (после того как будут подсчитаны голоса, пришедшие по почте), роль Верховного суда приобретает критическое значение.

Именно поэтому дряхлая икона либералов, феминисток и ЛГБТ Рут Гинзбург так стремилась дотянуть до выборов — и именно поэтому её смерть нанесла страшный удар по розовым надеждам демократов.

Тем более что Дональд Трамп уже заявил, что намерен назвать кандидатуру судьи, который (или которая) сменит покойную Гинзбург, без промедления. А лидер республиканского большинства в сенате Митч Макконнелл тут же подтвердил, что верхняя палата конгресса рассмотрит эту кандидатуру в самые сжатые сроки, — и то, что это произойдёт в последние месяцы года президентских выборов, назначению не помеха.

В списке возможных кандидатов, опубликованном недели за две до смерти Гинзбург, больше 20 имён, в том числе бывший соперник Трампа на праймериз Республиканской партии Тед Круз и весьма консервативный сенатор от штата Арканзас Том Коттон. Но наибольшие шансы, по мнению экспертов, у 48-летней судьи Апелляционного суда Иллинойса Эми Кони Барретт, которую выдвинул на этот пост сам Трамп в мае 2017 года.

Когда Энтони Кеннеди подал в отставку, кандидатуру Барретт называли в качестве его возможной преемницы, но тогда Трамп сделал выбор в пользу Кавано, посчитав, что у молодого юриста из Иллинойса слишком мало опыта. Впрочем, по просочившимся из Белого дома слухам, президент сказал своим соратникам: «Сохраним её (Барретт. — RT) для Гинзбург».

И вот время пришло. Теперь ключевую роль играет не столько опыт, сколько твёрдая консервативная позиция, которую занимает Барретт, — она ученица того самого Антонина Скалиа, который был одним из самых последовательных консерваторов в SCOTUS. Член католической организации People of Praise, Барретт является последовательной противницей абортов. Ещё в 2015 году она подписала открытое письмо, в котором подтверждалась «ценность человеческой жизни от зачатия до естественной смерти».

А раз «от зачатия», то аборт — это убийство. Но что ещё страшнее для американских либералов, в том же письме утверждалось, что брак «основан на нерушимых обязательствах мужчины и женщины». ЛГБТ-организации немедленно забили тревогу: эй, да эта Барретт против однополых браков! Вы, возможно, не поверите, но перспектива появления в Верховном суде США ещё одного консерватора рассматривается многими «прогрессистами» обамовского разлива прежде всего как угроза узаконенной содомии, и только во вторую очередь — как политический фактор, способный обеспечить ещё четыре года президентства Трампа.

Однако без боя либералы сдаваться не намерены. Самые отмороженные уже предлагают «сжечь конгресс», чтобы не позволить Трампу назначить своего судью в SCOTUS («отмороженные» — никак не синоним маргиналов: с подобным призывом выступил, например, университетский профессор Эмметт Макфарлейн, чей Twitter, правда, работает в режиме «только для своих»). А спикер нижней палаты конгресса Нэнси Пелоси угрожающе заявляет, что у демократов «есть стрелы в колчане», чтобы остановить номинацию судьи, предложенного хромой уткой, то есть Трампом. Правда, какие это конкретно стрелы, Пелоси уточнять отказалась, но журналист Джордж Стефанопулос, бравший у неё интервью, предположил, что демократы могут попробовать начать новую процедуру импичмента президенту — предыдущая, как известно, бесславно провалилась в феврале этого года.

С большой степенью вероятности Трамп назовёт имя преемника (или скорее преемницы) Гинзбург уже на этой неделе. После чего в Вашингтоне начнётся такая «игра престолов», в сравнении с которой восьмисезонная сага по романам Джорджа Мартина покажется незатейливой школьной самодеятельностью. Ведь на кону больше чем просто победа на президентских выборах. От того, кто займёт место, освободившееся после кончины старейшей судьи SCOTUS, во многом зависит, каким курсом двинется Америка в третье десятилетие XXI века — либерально-прогрессистским или же консервативно-традиционным.

Условно говоря, путём Обамы или путём Трампа.

Для Америки близится Судный день.

Выбор читателя

Топ недели