Игорь Караулов: когда ничего не понятно, надо опираться на факты
«Красиво идут! Интеллигенция!» Психическую атаку каппелевцев помнят даже те, кто из фильма «Чапаев» больше не помнит ничего. Правда, Анка-пулемётчица их всех потом покрошила, но шли красиво.
В отличие от каппелевцев, украинские вояки, да и приданные им поляки и французы, идут некрасиво, по-воровски. Но их нападение на Курскую область тоже в определённом смысле можно считать психической атакой. Боевые действия, которые ведутся на весьма ограниченной территории и не имеют стратегической перспективы, сопровождаются массированным информационным ударом, направленным на российское общество в целом.
В ход идут и отработанные противником приёмы, и свежие импровизации. Распространение слухов в блогах и по телефону (на это явно была брошена часть персонала фальшивых «служб безопасности банков»), пропагандистские видеоролики, взлом интернет-ресурсов местных органов власти, создание поддельных обращений к населению с помощи технологии deepfake и даже фальсификация дорожных указателей — всё идёт в ход.
Но главный расчёт врага был на то, что объекты информационной атаки, и прежде всего популярные блогеры, сами сделают за него львиную часть работы. К сожалению, во многом этот расчёт оправдался. За эти дни мы пережили не только эмоциональные качели невиданной амплитуды, но и стали свидетелями столкновений между людьми, которые, казалось бы, делают общее дело.
Разница между этими людьми в том, что одни завоёвывают внимание публики крайним пессимизмом, а другие — столь же крайним оптимизмом. Пока первые пугали свою аудиторию хаотичными сообщениями о том, что враг уже повсюду и вот-вот подойдёт к Курской АЭС, вторые, нарочито позёвывая, откликались: мол, ничего особенного, пятнадцать пьяных хохлов забрели на нашу территорию. В головах у публики возникла каша, а патриотические ТГ-каналы стали стрелять друг в друга: оптимисты требовали запретить «военблогеров-срочносборщиков» за паникёрство и работу на врага, а те, в свою очередь, обвиняли оптимистов в том, что они небескорыстно прикрывают проблемы Минобороны.
Надо заметить, что обе крайности как минимум противоречат очевидным здравым принципам, а порой и вовсе караются законом. В самом деле, распространение панических слухов в военное время приветствовать никак нельзя, особенно если при этом используются материалы, услужливо подсунутые противником. С другой стороны, шапкозакидательство, легкомысленное отношение к противнику и бодрые заверения о том, что «всё под контролем», могут оказаться даже опаснее алармизма, особенно когда дело касается жизни людей.
Проблема тут в том, что информационные метания, прыжки и прочие крайности лучше продаются, чем взвешенное спокойное мнение. Ты читаешь блогера и видишь, что он изо дня в день пишет явную лажу, а у него в это время прибавляются десятки, сотни тысяч подписчиков. И вот уже пресловутая реклама «финок НКВД» приносит больше денег, чем раньше. И уже не поймёшь, чем руководствуется тот или иной лидер общественного мнения: любовью к Отечеству, желанием донести до людей правду или интересами бизнеса. А ведь бизнес на информации об обстановке на фронте ничем не лучше, чем воровство с армейских складов.
Можно сказать, что ответственные суждения пессимизируются Сетью, оттесняются на задворки информационного поля. Потребителю информации самому приходится метаться между крайностями и вычислять какое-то среднее арифметическое между криками «всепропальщиков» и бархатным баритоном «убаюкивателей».
Я понимаю, что в водовороте событий, которые ранят каждого из нас, трудно оценивать достоверность источников информации. Но умение делать это сегодня можно считать частью навыков гражданской обороны. Прочитав информацию, подумайте, откуда данный военблогер может её знать, особенно если учесть, что он, как и вы, сидит на диване за сотни километров от линии фронта. Возможно, он её просто придумал из общих соображений. Возможно, он получил её от своих информаторов, которые сами не всегда могут оценить ситуацию или не уполномочены говорить правду. Возможно, он сознательно работает в чьих-то ведомственных интересах. Возможно, он попался на удочку врага.
И даже когда вы не идёте за информацией к блогеру-миллионнику, а находите местный чат города или посёлка в районе боевых действий, вы не можете быть уверены, что этот чат не поддельный, что там не действуют провокаторы. В конце концов, помните, что с интересующими всех нас районами попросту нет нормальной связи.
Важно опираться на факты и ничего не выдумывать сверх фактов. Неприятель пересёк границу на нескольких участках и занял ряд населённых пунктов — это факт. Он хорошо подготовился и выбить его будет непросто — это тоже факт. Наши парни работают и постараются разбить неприятеля — это ещё один факт. Наконец, самые важные факты касаются мирных людей: две тысячи остались под оккупацией, а общее число эвакуированных может достигнуть 180 тыс. человек. Это уже факты не для размышления, а для действия: пострадавшим нужна помощь, и им помогает вся страна.
Нельзя отрицать, что курские события стали для всей страны психологическим шоком; такой волны эмоций не было с начала СВО. Можно сказать, что для нашего общественного сознания СВО началась заново. Один из признаков, который я вижу со своей литературной колокольни — давно не было такого вала стихов на военную тему, как любительских, так и профессиональных.
Похоже, психическая атака киевского режима хоть и достигла результата, но сработала наоборот. Вместо деморализации нашего народа наметилась его внутренняя мобилизация. Сейчас важно не спугнуть эту волну, и самое последнее, что нам сейчас нужно — это раздоры между патриотами и хищнический передел информационного поля. Лидерам общественного мнения пора прекратить обслуживать частные интересы и подумать о стране.
