Геополитический гений Сталина: промышленные инвестиции СССР в Китай

На фото: Портрет Сталина на центральной площади поселка Нан Джи Кун, 2009 год.

Все знают, что современный Китай является «фабрикой мира», крупнейшим промышленным производителем на планете.

Но всего полвека назад Китай был сырьевым придатком СССР и главным потребителем товаров из нашей страны.

Благотворительность по-сталински

Традиционно считается, что Советский Союз оказывал слишком много безвозмездной помощи различным коммунистическим движениям и социалистическим странам, зачастую в ущерб собственным интересам. В действительности это не вполне верно даже для времен товарища Брежнева и совсем не так для эпохи товарища Сталина…

Еще в конце 1940-х годов, когда китайские коммунисты вели гражданскую войну за власть в Китае, сталинский СССР умудрялся получать прибыль от поставок снаряжения своему красному союзнику в Поднебесной. Так, за весь 1947 год из Советского Союза в районы Китая, контролируемые коммунистами, было поставлено различных товаров на сумму 151 миллион рублей. Но в ответ из тех же коммунистических районов для СССР в том году поставили сырья и товаров на сумму свыше 170 миллионов рублей (при переводе из послевоенных рублей в современные цены это будет около $10 миллиардов).

Такая советская торговля производилась в основном без участия денежных средств, на основе товарообмена. Китай и в те годы был очень большой страной, где помимо сотен миллионов нищего населения можно было найти немало дефицитного сырья и товаров. Из СССР китайским коммунистам шли грузовые автомашины, оборудование железных дорог, бензин и иные средства, которые обеспечивали весь тыл армии председателя Мао. В ответ коммунисты Мао поставляли в СССР собранное у 400 миллионов крестьян Поднебесной продовольствие и дефицитное сырье, например вольфрам, самый тугоплавкий на нашей планете металл, без которого не может обойтись военное производство и который в те годы добывался только в Китае.

В 1949 году, когда коммунисты захватили почти всю страну, из СССР уже в красную Поднебесную было поставлено товаров на сумму 420 миллионов рублей и в ответ получено товаров и сырья на 436 миллионов. Также в эти годы СССР поставил красному Китаю большие объемы оружия, делал это бесплатно, но это было исключительно трофейное японское вооружение, захваченное нашими войсками в 1945 году.

Когда же зашла речь о поставках китайским коммунистам современного оружия советского производства, то тут сталинский СССР обошелся без благотворительности. Новейшее вооружение китайским коммунистам предложили оплачивать свободно-конвертируемой валютой или золотом.

С золотом и валютой у коммунистов Китая был тогда большой дефицит. И в августе 1949 года третий человек в китайской компартии Лю Щаоци тайно прилетел в Москву на переговоры по всем финансовым и экономическим вопросам. В итоге, секретарь ЦК КПК Лю Шаоци и секретарь ЦК ВКП(б) Георгий Маленков подписали секретное соглашение о предоставлении Всесоюзной коммунистической партией большевиков для Компартии Китая кредита в размере $300 миллионов. С учетом изменившейся стоимости доллара это будет почти 15 миллиардов. Такое «финансовое» соглашение двух политических партий до сих пор является беспрецедентным в истории международных отношений.

Это была очень крупная сумма для СССР, в то время так же испытывавшего дефицит валютных запасов. Но власть коммунистов в Китае автоматически убирала с территории Поднебесной базы американских «летающих крепостей», которые тогда могли достичь Урала, главного промышленного центра послевоенного СССР, только с территории западного Китая. Безопасность от американских самолетов с ядерными бомбами стоила любых денег. Тем более что эти деньги компартия Китая брала в долг и почти треть этого кредита сразу же вернулась в СССР как оплата начавшихся поставок новейшего советского оружия.

Акционерные общества Сталина

1 октября 1949 года китайские коммунисты торжественно провозгласили Китайскую Народную Республику, с этого момента и идет отсчет существования современной КНР. К весне 1950 года коммунисты уже контролировали всю территорию страны, кроме острова Тайвань.

По итогам первого визита Мао Цзэдуна в СССР были подписаны не только важные военно-политические соглашения, но и новый договор о предоставлении Китаю кредита в сумме один миллиард двести тысяч советских рублей. По этому кредитному соглашению правительство КНР получало право использования суммы кредита равными частями в течение пяти лет, начиная с 1 января 1950 года на оплату поставок из СССР промышленного оборудования и материалов, необходимых для развития экономики Китая. Погашение кредита китайское правительство обязалось производить в течение десяти лет ежегодными выплатами, начиная с 31 декабря 1954 года и до 31 декабря 1963 года, поставками китайского сырья, золотом и долларами США.

«Ввиду чрезвычайной разоренности Китая, — говорилось в статье 1 кредитного соглашения СССР и КНР, — вследствие длительных военных действий на его территории, Советское правительство согласилось предоставить кредит на льготных условиях из 1% годовых». Символический 1% годовых до этого не встречался в кредитной практике ни СССР, ни Китая, ни каких-либо иных великих держав.

Китай таким образом получил возможность в течение пяти лет, начиная с 1950 года, на льготных кредитных условиях ввозить из Советского Союза ежегодно на 60 миллионов американских долларов (это чуть более двух с половиной миллиардов современных долларов) оборудования и сырья, крайне необходимых для восстановления и строительства промышленности и транспорта Китая.

Здесь можно наглядно увидеть сущность сталинской политики: при всех выгодах для КНР этот кредит был выгоден и для СССР, предоставляя крупнейшие заказы его промышленности и прочно привязывая экономику коммунистического Китая к советской. Не случайно, практика предоставления кредитов для оплаты собственной продукции ныне является одной из наиболее распространенных и выгодных форм экономической деятельности.

Одновременно весной 1950 года Китай и СССР подписали ряд соглашений об учреждении смешанных советско-китайских акционерных обществ, которые фактически контролировали ключевые отрасли китайской экономики тех лет, особенно на территории примыкавшего к Советскому Союзу запада Китая, в Синьцзяне. Так, например, были учреждены общества «Совкитметалл» («Чжунсуцзиньшугунсы») для поиска, разведки, добычи и переработки цветных и редких металлов на территории провинции Синьцзян и общество «Совкитнефть» («Чжунсушиюгунсы») для поисков, добычи и переработки нефти и газа на территории Синьцзяна. Помимо прочего, оба этих советско-китайских АО занимались в Синьцзяне добычей и обогащением урановой руды для советской атомной промышленности.

По условиям соглашений, срок действия которых устанавливался на 30 лет, смешанные советско-китайские акционерные общества учреждались на паритетных началах с соблюдением равного участия сторон в капитале обществ и в управлении их делами. Руководство обществами должно было осуществляться представителями сторон в порядке чередования.

В следующем 1951 году был подписан ряд новых экономических соглашений между СССР и КНР. Например, заключили соглашение о прямом железнодорожном сообщении между странами, предусматривавшее прямую перевозку пассажиров, багажа и грузов, — впервые образовывался контролируемый Советским Союзом быстрый континентальный транзит через всю Евразию от Берлина до Тихого океана. Также было подписано соглашение об установлении курса рубля в отношении китайского юаня — не через курс американского доллара, как было ранее, а непосредственно к юаню на основе золотого содержания рубля и официальной цены на золото в Пекине.

28 июля 1951 года было заключено соглашение об учреждении в городе Даляне (Дальнем) советско-китайского судостроительного акционерного общества «Совкитсудстрой». Оно было создано на паритетных началах сроком на 25 лет. Китайское правительство приняло на себя обязательство, что это крупнейшее тогда в Китае судостроительное предприятие будет сотрудничать исключительно с советскими «смежниками», то есть китайское судостроение целенаправленно включалось в систему советского хозяйства.

В торговле с СССР китайские государственные внешнеторговые компании получили право производить закупки товаров непосредственно у советских организаций. Эти оплаченные заказы были выгодны для послевоенной экономики СССР, а ликвидация посредников и спекулянтов из внешней торговли принесла экономическую выгоду Китаю за счет устранения сверхприбылей капиталистических собственников. По подсчетам современных китайских экономистов, в 1951 году советские машины и промышленное оборудование обходились Китаю на двадцать и более процентов дешевле цен капиталистических стран.

«Образовалось два параллельных мировых рынка, противостоящих друг другу»

Бурный расцвет советско-китайского экономического сотрудничества начала 1950-х годов происходил на фоне полного коллапса торговли Китая с ведущими странами Запада.

США, недовольные потерей политического влияния и военных баз на территории Поднебесной, в 1951 году ввели эмбарго на торговлю с КНР. Под давлением Вашингтона к этому эмбарго присоединились Япония, Австралия и почти все страны Латинской Америки. Одновременно существенно сократилась торговля Китая с Англией и Францией, которые помимо всего прочего испытывали серьезные экономические трудности, связанные с недавней мировой войной и начавшимся крушением колониальной системы.

Если в 1948 году СССР занимал лишь девятое место в экспорте Китая, то в следующем году — уже третье, а к концу 1950 года вышел на первое место. Начиная с 1949 года повышается роль Советского Союза и в импорте Китая: удельный вес советского импорта поднялся с 5% в 1949 году (пятое место) до более 20% за первую половину 1950 года (второе место).

В 1951 году уже почти 40% внешнеторгового оборота огромного Китая приходилось исключительно на СССР, а в 1952 году торговля с Советским Союзом уже составляла больше половины всей китайской внешней торговли (53,4%). Весь большой Китай с его огромным демографическим и экономическим потенциалом тогда был выключен из капиталистической экономики и плотно привязан к советской экономической системе.

Как в 1953 году не без гордости писалось в аналитических документах Министерства внешней торговли СССР, именно после создания коммунистического Китая «образовалось два параллельных мировых рынка, противостоящих друг другу». И команда Сталина принялась настойчиво и весьма искусно формировать свой мировой рынок, параллельный западному капиталистическому.

Экономика большого Китая целенаправленно привязывалась не только к СССР, но и к экономикам восточноевропейских сателлитов Москвы. При этом заметим, что в послевоенные годы промышленность Чехословакии, Польши и Восточной Германии имели в Европе куда больший вес, чем в наше время. А политика и экономика этих стран при Сталине контролировалась из Москвы куда жестче, чем в позднесоветский период Хрущева и Брежнева.

Уже в марте 1950 года было заключено первое торговое соглашение между КНР и Польшей. В следующем году было образовано смешанное китайско-польское судоходное общество, осуществляющее морское сообщение между портами Китая и Польши. Морские суда этого общества обслуживали также товарооборот Китая с другими европейскими странами советского блока. Польша вывозила из Китая соевые бобы, растительные масла, шелк, вольфрам, олово, щетину и другое сырье, а поставляла Китаю различные промышленные товары, в том числе химическое оборудование.

Первое торговое соглашение КНР с Чехословакией было подписано в Пекине 14 июня 1950 года. Китай по этому соглашению принял обязательство экспортировать в Чехословакию вольфрам, ртуть, шелк, коноплю, чай, кожу и другое сырье. Чехословакия, в свою очередь, обязалась ввозить в Китай оборудование для машиностроения и металлургии, легковые и грузовые автомашины, резиновые изделия, химикаты и фармацевтические товары. По стоимости товарооборота в 1953 году Чехословакия заняла первое место среди европейских стран советского блока в торговле с Китаем.

Первое торговое соглашение между КНР и Германской Демократической Республикой было заключено 10 октября 1950 года. И в начале 1950-х годов ГДР конкурировала с Чехословакией за первое место в торговле с Китаем среди восточноевропейских стран. Китай поставлял в ГДР цветные металлы, рис, чай, шелк, табак. Из ГДР в Китайскую Народную Республику шли тогда точные приборы, фото- и киноаппаратура и другие высокотехнологичные для того времени товары.

К 1953 году коммунистический Китай при поддержке СССР установил также торговые и экономические отношения с Венгрией, Румынией, Болгарией, Монголией и Северной Кореей.

По статистике Китая, если в 1950 году торговля с иными социалистическими странами Европы (помимо СССР) составил лишь 3,9% от всей внешней торговли КНР, то к 1952 году эта доля выросла до 19%. Таким образом, на социалистические страны во главе с СССР приходилось свыше двух третей всей внешнеэкономической деятельности большого Китая.

Фактически за короткий промежуток времени был действительно создан масштабный рынок, параллельный рынку крупнейших капиталистических держав. Этот социалистический рынок — от Берлина до Пекина — к середине 1950-х годов охватывал почти половину всего человечества на планете. По демографическим, природным и даже техническим ресурсам (с учетом научного потенциала СССР тех лет) он уже мог вполне устойчиво конкурировать с «мировым капитализмом».

Каучуковый бизнес Сталина

Для характеристики созданной системы, где политика тесно и успешно переплеталась с экономикой, можно рассказать следующую показательную историю. Несмотря на все успехи науки и химической промышленности, и после Второй мировой войны натуральный каучук оставался очень востребованным и стратегическим товаром. Основным производителем натурального каучука в мире тогда была британская колония Малайзия. На всей огромной территории, контролируемой Москвой, от Германии до Китая, единственным районом, где имелись природные условия, подходящие для организации производства натурального каучука, был субтропический остров Хайнань.

Весной 1950 года армии китайских коммунистов со второй попытки высадились на остров и включили его в состав советской системы. Уже через год СССР предоставил Китаю целевой кредит в сумме 8,55 миллионов рублей специально для финансирования расходов по созданию и развитию каучуконосных плантаций на острове Хайнань. Дефицитный натуральный каучук, за который не надо платить в столь же дефицитной валюте, тогда крайне требовался советской промышленности.

Это была настоящая многоплановая операция. Советский кредит был лишь исходной точкой для начала исследований и работ на плантациях Хайнаня. Для их дальнейшего развития предусматривалась не только возможность привлечения капитала богатой китайской диаспоры из ближайших стран Юго-Восточной Азии, но и антибританская война коммунистов-партизан в Малайе. Ведь британская колония Малайзия был не только одним из основных источников натурального каучука для США и Западной Европы, но и центром расселения китайской диаспоры. И местные китайцы-коммунисты тут же стали доминировать среди просоветских партизан, целенаправленно подрывавших каучуковое производство британской Малайзии. Оружие повстанцам, громившим потенциальных каучуковых конкурентов советского блока, шло через связи китайских и вьетнамских коммунистов.

Культурная экспансия в Китай

За первые три года существования КНР с помощью представителей СССР было переведено на китайский и издано в Китае более трех тысяч наименований советских книг по различным отраслям науки. На практике это означало, что почти все научное книгоиздание Китая тех лет было представлено переводами с русского.

С осени 1952 года в КНР была начата перестройка всех учебных программ и учебных планов по образцу советских вузов, а также стартовала работа по переводу основных учебных материалов, используемых в институтах и университетах СССР. Так, работниками сельскохозяйственного института Северо-Восточного Китая в 1952 году были переведены на китайский язык и разосланы во все сельскохозяйственные вузы КНР советские учебные программы по 141 дисциплине.

В Китае впервые началось массовое изучение русского языка. За два первых года существования КНР в стране было открыто 12 институтов русского языка. Факультеты, отделения и курсы русского языка были открыты во всех высших учебных заведениях Китая. Более того, во всех средних школах Северо-Восточного Китая (то есть в Маньчжурии, которая в начале ХХ века в Российской империи полуофициально именовалась Желтороссией) местные власти ввели русский язык в качестве обязательного предмета.

Не менее интенсивно развивались и советско-китайские культурные связи. Например, в ноябре — декабре 1952 года в Китае был организован месячник китайско-советской дружбы. Только за один месяц выступления советских артистов посмотрело свыше двух миллионов человек.

Начиная с 1949 года в Китае был широко представлен советский кинематограф. За первые девять лет существования КНР 747 советских кинокартин посмотрит почти два миллиарда китайских зрителей. В большинстве стран Азии и Африки кино тогда еще не было доступно большинству населения, поэтому данные цифры просто огромны для того времени. И это не просто любопытный факт из области искусства и статистики, но и свидетельство роста культурного влияния СССР на Китай. Учитывая, что китайский кинематограф был еще не развит, а западный недоступен, фактически, каждый китайский горожанин 1950-х годов минувшего столетия вырос на советском кинематографе. Благодаря современному примеру «Голливуда» мы теперь прекрасно понимаем все значение этого явления.

«Учиться у Советского Союза»

В начале 1950-х годов в Китае на государственном уровне был выдвинут официальный лозунг «Учиться у Советского Союза». И здесь необходимо отметить такой важный аспект советско-китайских отношений, как передача от СССР Китаю необходимого административного, управленческого опыта и соответствующих управленческих технологий.

Так, большинство министерств, создававшихся в Пекине после провозглашения КНР, имели организационную структуру, идентичную соответствующим советским министерствам. Первый вариант организационной структуры Госплана КНР копировал Госплан СССР с некоторым упрощением.

Именно советские специалисты разрабатывали первые планы экономического развития Китая по образцу советских пятилетних планов развития. Планирование первой китайской пятилетки производилось в 1952 году (сама пятилетка прошла в КНР в 1953–1957 годах). Проект первой китайской пятилетки Госплан КНР передал в Москву, в Госплан СССР на рассмотрение более опытным товарищам.

При помощи СССР в Китае были созданы не только экономические планы, но и вся система статистики и статистического учета, без которых невозможно управление и развитие сложной экономики. С помощью советских специалистов в Китае начал издаваться журнал «Тунцзи гунцзо тун сюнь» («Вестник статистической работы»), было выпущено большое количество статистических сборников по всем отраслям китайской экономики.

Все китайские министерства, административные и учебные заведения, промышленные предприятия копировали не только форму и структуру советских аналогов, но и методы их работы.

С 1951 года началось обучение китайских граждан в высших учебных заведениях и на предприятиях СССР. За 1950-е годы в Советском Союзе получат образование свыше 20 тысяч китайских специалистов — это очень значительная цифра для Китая тех лет, где большинство населения все еще оставалось неграмотным.

Фактически, СССР в первые годы существования КНР передал китайским союзникам свой уникальный опыт и технологии управления государственной экономикой. Этот опыт и управленческие (менеджерские) технологии к середине ХХ века находились в СССР на высоком уровне развития, зачастую опережая в то время соответствующий опыт иных, в том числе экономически развитых, капиталистических стран.

Эти технологии, управленческие и технические, были наработаны в ходе успешной форсированной индустриализации, в ходе Второй мировой войны и послевоенного восстановления экономики. Этот переданный опыт по своему значению и стоимости вполне сопоставим, если не превосходит роль и стоимость материальных средств, переданных из СССР Китаю в те годы.

Красный Китай как главный результат Второй мировой войны

Для современного читателя это покажется странным, но в начале 1950-х годов минувшего века в СССР главным результатом Второй мировой войны официально считалась победа коммунистов в Китае! Об этом так прямо и говорилось в официальных выступлениях советских вождей, например в программном выступлении Вячеслава Молотова в марте 1950 года: «Самым важным результатом победы союзных стран над германским фашизмом и японским империализмом является торжество национально-освободительного движения в Китае… После Октябрьской революции в нашей стране победа народно-освободительного движения в Китае является самым сильнейшим ударом по всей системе мирового империализма».

Не случайно эта фраза Молотова, одного из ключевых лиц в сталинской иерархии, используется в предисловии практически всех советских изданий по Китаю периода 1950–1953 годов. И после внимательного рассмотрения советско-китайских отношений это парадоксальное на первый взгляд умозаключение становится вполне понятным. Разгром гитлеровской Германии был для СССР всего лишь вопросом выживания, а вопрос выживания — это главная цель только для малых и средних государств. Для великих держав основной вопрос — это всегда вопрос доминирования на планете.

Разгром Германии и контроль над Восточной и Центральной Европой, безусловно, усилили значение СССР в мировой политике. Но в 1945 году СССР был крайне ослаблен минувшей войной, к тому же США обладали монополией на ядерное оржие. Поэтому, именно победа коммунистов Китая и создание собственного ядерного оружия, что произошло практически одновременно в 1949 году, дали СССР возможность уверенно и обоснованно заявить свои претензии на мировое лидерство, не только в идеологическом, но и в практическом плане.

Соединение ресурсов СССР и союзного Китая открывали для всего советского блока самые блестящие стратегические перспективы, о которых было невозможно и думать до 1949 года. Лишь заполучив в младшие партнеры большой Китай, СССР обрел возможность начать борьбу за всю планету, переведя старую коминтерновскую идею мировой революции на новый, более практический уровень. Не случайно именно в 1950 году начинается стратегическое наступление советского блока во всем Азиатско-Тихоокеанском регионе: всплеск коммунистических движений и наступлений в Корее, Вьетнаме, на Филиппинах, в Малайзии и Индонезии…

Если обратиться собственно к Китаю, то союз с СССР дал ему возможность практически впервые за столетие объединить страну, прекратить многолетние внутренние войны и остановить нарастающую деградацию. КНР рассматривалась в сталинском СССР как основной союзник, причем союзник мощный, обладающий собственными интересами. Здесь роль и вес Китая не сопоставимы с ролью просоветских государств Европы, вес которых как союзников был несоизмеримо мал.

В преамбуле разрабатываемой на протяжении 1953 года конституции Китайской Народной Республики впервые в мировой практике были закреплены союзные отношения с соседним государством: «Наша страна уже установила отношения нерушимой дружбы с великим Союзом Советских Социалистических Республик». При всей сложности и неоднозначности советско-китайских отношений лидеры КНР, прежде всего Мао Цзэдун, признавали безусловный авторитет Сталина и его лидирующее положение среди руководителей социалистического блока.

«Инвестиции» без «дивидендов»

Именно смерть Сталина в марте 1953 года в корне поменяла ситуацию. Изменения во внутренней и внешней политике СССР, произошедшие после смерти Сталина, фактически сразу начинают сказываться на советско-китайских отношениях. По сути, СССР отходит от прежней сталинской практики продуманного и взаимовыгодного сотрудничества. Новые неуверенные лидеры СССР, стремясь укрепить свое внутреннее и международное положение, достаточно быстро скатываются ко все более расточительной и безвозмездной помощи союзным и иным странам.

Практичные лидеры КНР поспешили воспользоваться этой переменой в советской политике. Уже 15 мая 1953 года состоялось подписание нового соглашения КНР с СССР о советской помощи Китаю в строительстве и реконструкции 141 промышленного объекта. До этого, при Сталине, советское правительство соглашалось безвозмездно помогать Китаю в строительстве лишь весьма ограниченного перечня стратегических объектов.

Товарооборот между КНР и СССР в 1953 году по сравнению с предыдущим годом возрос более чем на четверть. Китай тогда занимал 20% в общем объеме внешнеторгового оборота Советского Союза, а удельный вес Советского Союза в общем объеме внешнеторгового оборота КНР составлял почти 56%. (Для сравнения: в 2013 году Китай во внешней торговле РФ занимал 10%, в два раза меньше чем в 1953 году, а доля России во внешней торговле КНР составила всего 2%, то есть в 28 раз меньше, чем доля СССР в 1953 году).

Во второй половине 1950-х годов советско-китайские отношения в экономической сфере претерпят заметные изменения, из взаимовыгодных (и зачастую несколько более выгодных для СССР) все более превращаясь в одностороннюю помощь со стороны Советского Союза. Сделанные Сталиным масштабные «инвестиции» при его слабых преемниках остались без «дивидендов».

Одновременно, сразу после смерти Сталина, новое советское руководство, совместно со своими китайскими и корейскими союзниками, уже уставшими от долгой войны в Корее, пошло на прекращение безусловно выгодной для СССР войны на Корейском полуострове. Напомним, что война на Корейском полуострове не только сковывала США, но и крепко привязывала красный Китай к СССР и его «ядерному зонтику». Тянувшиеся при Сталине ритуальные переговоры о мире, активизировались советской стороной уже 31 марта 1953 года и завершились подписанием перемирия в июле того же года.

Завершение войны в Корее, сковывавшей активность США в Азии, сразу ослабило советское «наступление» на этом континенте. Вскоре были подавлены коммунистические партизанские движения на Филиппинах и в Малайзии (отчего заглох начатый при Сталине каучуковый проект на Хайнане), остановилось наступление коммунистов Хо Ши Мина в южном Вьетнаме (который до 1975 года останется, подобно Корее, разделенным на северное коммунистическое и южное проамериканское государства), остановится и «коммунизация» Индонезии, где в начале 1950-х годов возникла третья в мире компартия, по численности уступавшая только КПК и КПСС.

Новые вожди СССР уже не будут пользоваться безусловным авторитетом у Мао Цзэдуна и лидеров красного Китая. Более того, сам Мао станет претендовать на роль основного вождя социалистического блока. Заметим, что Мао делал это на веских основаниях — он, безусловно, являлся фигурой масштаба Ленина и Сталина, на фоне которого и Хрущев и Брежнев представляются весьма средними партфункционерами.

Неуверенное и неавторитетное поведение новых лидеров СССР на фоне роста амбиций руководства КНР в итоге приведет к расколу советско-китайского блока, что обернется тяжелыми последствиям и для Китая, и для нашей страны. Советско-китайский раскол не только поспособствует скатыванию КНР в затянувшийся хаос культурной революции, но и навсегда похоронит реальные основания для претензий СССР на мировое лидерство.