Русская цивилизационная школа как альтерглобалистский феномен | Продолжение проекта «Русская Весна»

Русская цивилизационная школа как альтерглобалистский феномен

Проблема цивилизационного развития России — это сегодня ведущий дискурс в некоторых отечественных гуманитарных науках, не только в философии, но в ней, в первую очередь.

Социальная и политическая философия, аксиология, философская антропология, политология, футурология и даже история — вот те науки и научные дисциплины, в которых на сегодня оформился так называемый цивилизационный подход как особая методологическая парадигма.

Не буду приводить многочисленные примеры в пользу данного тезиса; достаточно сказать, что только за последние 3 года в свет вышли более 30-ти монографий российских авторов, которые посвящены цивилизационной проблематике. (Думаю, что каждый из здесь присутствующих ученых имеет в своем активе различные труды в этой области знания). Да и VIII-ой Российский философский конгресс, который состоится в мае следующего года, также будет посвящен теме цивилизационного развития.

Полагаю, что такого скопления исследований, статей, монографий и докладов по цивилизационной теории и методологии, как сегодня в России, в данный момент времени нет нигде — и этот факт говорит о том, что проблематика развития российской цивилизации стала магистральной в отечественных философских науках.

При всем старании различных западных (политических и иных) институтов навязать российской философской мысли свои научные или пропагандистские дискурсы, сегодня в России конкурировать с цивилизационной проблематикой в рамках философского знания может разве что аксиология. Хотя оба этих феномена — «Цивилизация» и «Ценности» связаны наитеснейшим образом и органично дополняют друг друга.

Думаю, что у нас имеются все основания говорить о наличии в России уникальной цивилизационной школы в философской науке.

Теперь несколько слов о том, что такое научная школа.

Мы знаем, что любая научная школа — это «система научных взглядов, а также научное сообщество, придерживающееся этих взглядов». Переводя это определение с языка Википедии на нормальный русский язык, можно сказать, что за дефиницией понятия «научная школа» стоит пять-шесть основных признаков:

а) наличие вполне определенного объекта исследований,

б) наличие понятного предмета исследований,

в) наличие оригинального концепта — эксклюзивного взгляда на объект и предмет исследований,

г) наличие системы однозначно понимаемых категорий и определений по данному научному направлению (то есть наличие некоего общего языка в рамках исследуемой проблематики);

д) наличие авторитетов, проще говоря — ученых-классиков, как авторов ключевых определений и носителей основных научных положений,

е) наличие ученых-последователей (то есть, воспроизводимость и развитие идей и базовых научных положений авторов рассматриваемой нами концепции последующими поколениями ученых).

Всеми этими признаками обладает Российская цивилизационная школа.

Объект цивилизационных исследований понятен — это мировая цивилизация как совокупность и система «локальных цивилизаций», хотя можно сказать, что термин «локальная цивилизация», введенный в оборот Арнольдом Тойнби, не годится для российской цивилизациологии, поскольку слово «локальный» переводится с русского языка, скорее, как «местный». Думаю, что применительно к объекту цивилизационной теории правильнее говорить о трансрегиональных или континентальных цивилизациях. (В рамках отечественной цивилизациологии основным объектом цивилизационных исследований является «российская цивилизация»).

Предмет цивилизационной теории — это вся совокупность характеристик и состояний конкретной цивилизационной общности: история, традиции, ценности, её настоящее, прошлое и будущее, etc.

Система базовых категорий также разработана. Не буду оглашать весь список тех понятий, которые активно используются сторонниками цивилизационного подхода. Они известны («культурно-исторический тип», «цивилизационное развитие», «цивилизационный код», «цивилизационные ценности» и проч.; в частности, ваш покорный слуга активно внедряет и продвигает такие, к примеру, понятия, как «цивилизационная безопасность» и «цивилизационная экономика») В настоящее время группой авторов создается также тезаурус современной цивилизационной теории.

Пользуясь случаем, напомню нашим оппонентам, настаивающим на вторичности российской культуры и российской философии, в частности, что Николай Данилевский в своей знаменитой книге «Россия и Европа» сформулировал понятие «культурно-исторического типа» и дал системное описание изначальных и сущностных признаков славянско-православной и романо-германской цивилизационностей (равно как Константин Леонтьев в книге «Византизм и славянство» провел анализ славянской и византийской цивилизаций) ЗАДОЛГО до цивилизационных исследований П. Сорокина, О. Шпенглера, А. Тойнби и других классиков западной цивилизациологии.

Еще один  признак научной школы — авторитетные ученые, классики, авторы научных открытий также имеются в РЦШ.

Это — за двести лет научного поиска — сотни известных и ярких имен: от братьев Аксаковых, Алексея Хомякова, Николая Данилевского и Константина Леонтьева до Николая Трубецкого и Петра Савицкого и от русских евразийцев до Александра Панарина, Александра Зиновьева, Валерия Расторгуева, Алексея Козырева.

Ну и, наконец, имеется у этой школы и у названных авторитетных мыслителей огромное число последователей. В это научное сообщество входят практически все, кто участвует в «Панаринских чтениях» и в соответствующих цивилизационных исследованиях.

Я назвал сейчас основные, но не все признаки научной школы. У русско-российской цивилизационной школы нет оформленной структуры, официального статуса и сложившейся иерархии. Но эта школа и наше научное сообщество — реальность.

Важнейшим признаком рассматриваемой нами научной школы является комплементарное (не единое, но комплементарное) толкование основных положений цивилизационной теории. Мы по-разному видим различные аспекты этой теории, но, развивая её, едины в главном. Алексей Павлович Козырев коснулся в своем докладе тех различий, которые имеются во взглядах, к примеру, Николая Данилевского и Константина Леонтьева, но эти различия, как известно, — частности. Общего во взглядах этих и многих других российских мыслителей-цивилизационщиков, конечно же, больше. И сегодня можно уже говорить о том, что в том сегменте отечественного философского сообщества, который я называю РЦ школой, сформировались и общеприняты своего рода аксиомы.

Главные аксиомы не придуманы и сформулированы не сегодня. Повторю: десятки и сотни представителей Российской цивилизационной школы за два века сформировали более или менее целостное знание о так называемых «цивилизациях».

Назову несколько опорных точек этого знания.

Первая аксиома: Локальные (трансрегиональные) цивилизации, включая российскую, суть основные субъекты многополярного мира.

Более того: дискурсы «многополярный мир», «множественность цивилизаций» противостоят дискурсам глобализации и навязываемому миру «сверхобществу» (в терминологии Александра Зиновьева) как, по сути, альтерглобалистское знание.

Вторая аксиома: Россия — самобытная и самодостаточная цивилизация, а не часть европейской цивилизации или «мост» между западными и восточными цивилизациями.

Этот тезис противостоит дискурсу «Россия — часть Европы». Федор Иванович Гиренок не случайно напомнил нам сегодня этот тезис как ключевой в нашей идентификации и как граждан, и как представителей конкретного научного сообщества. Собственно российское видение сущности цивилизационного бытия — своего рода навигатор, основа опознавательной системы «свой — чужой». Все, кто считает, что «Россия — часть Европы», а не самобытная цивилизация, очевидно находятся за пределами РЦШ.

Аксиома третья: Российской цивилизации более тысячи лет. Она начала формироваться задолго до христианского периода истории Руси. Алексей Павлович Козырев вслед за Александром Сергеевичем Панариным, безусловно, прав, напомнив нам, что стержнем российской цивилизации исторически являлось православие (об этом писал в свое время и Сэмюэль Хантингтон). Тем не менее цивилизационный принцип единства истории предполагает рассмотрение истории России в её целостности, без противопоставления одного исторического периода нашей цивилизации другому, и в этой целостности имеются и дохристианский, и советский атеистический период, которые нельзя предавать остракизму.

Четвертая аксиома: Рамки российской цивилизации шире границ и русской цивилизации, и российского государства, и Русского мира. 

Пятая аксиома: Важнейшими системообразующими основаниями любой трансрегиональной цивилизации являются её сущностные признаки, являющиеся, в свою очередь, источником цивилизационных ценностей и составляющие в своей совокупности российский «цивилизационный код».

Аксиома шестая: Ценностная матрица российской цивилизации уникальна и представляет собой набор конкретных оригинальных паттернов. Важнейшие из них — справедливость, солидарность, совесть, созидательность, суверенность, ряд других.

Аксиома седьмая: Каждая цивилизационная ценность России обусловлена не особостью генотипа россиян в сравнении с другими народами, но объективными факторами и предпосылками: географическими, климатическими, экономическими, социокультурными, политическими, историческими, антропологическими и т. п. К сожалению, суть этого тезиса пока не до конца понимается некоторыми представителями РЦШ, так что дискуссия о приоритете ценностей в цивилизационной матрице российского народа продолжается; но я отнесу все же этот тезис к числу аксиом, поскольку понимание объективной обусловленности цивилизационного кода россиян постепенно овладевает учеными массами.

Восьмая аксиома: Российская цивилизация имеет не только уникальную аксиологию, но и оригинальную онтологическую формулу — и покушение на нее по каким бы то ни было причинам является тем цивилизационным вызовом, который требует от защитников РЦ непременного и адекватного ответа.

Девятая аксиома: Попытка цивилизационной перекодировки (то есть навязывание россиянам чуждых им ценностей) не столько обогащает имманентный цивилизационный код России, сколько подрывает его целостность и разрушает аутентичные идентичности граждан РФ. Слом же цивилизационного кода грозит России вполне предсказуемыми последствиями — уничтожением цивилизации, а значит государства и народа как таковых.

Можно назвать еще с десяток аксиом, которые суть — базовые основания видения цивилизационной теории в рамках РЦШ. И я думаю, что эта теория сегодня в России — уже не просто особый научный дискурс. Цивилизационный подход претендует на то, чтобы оформиться в итоге как базовая методология познания всей совокупности социокультурных, политических, экономических и иных явлений и процессов в России и мире.

С моей точки зрения, это самая фундаментальная, самая действенная и вполне научная парадигма, являющаяся альтернативой различным глобалистским квазифилософским теориям вроде теории «Открытого общества» Карла Поппера или концепции «Мир-системы» Иммануила Валлерстайна.

Сформировавшаяся в России „Русская (российская) цивилизационная школа“ — важнейшее на сегодня достояние отечественной философии. Это серьезное интеллектуальное достижение двухсотлетнего развития в нашей стране философской и гуманитарной мысли, являющееся мощнейшим фактором и основанием дальнейшего развития РФ и российской цивилизации как таковой.Именно в таком контексте следует рассматривать творчество Александра Сергеевича Панарина и других современных российских мыслителей цивилизационного направления.

 

Об авторе: Владимир Лепехин,, кандидат философских наук, директор Института ЕАЭС.

В основу публикации положен  доклад  на Панаринских чтениях 13 ноября 2019 года.

 

3 513