Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что рекламные поступления важны для обеспечения техподдержки сайта!

Мировая экономика после COVID-19: есть ли свет в конце тоннеля?

16.06.2020 - 22:381 068

Эпидемия не столько подчеркнула существовавшие ранее, и особенно обострившиеся после украинского майдана февраля 2014 года, противостояние планетарных центров силы, сколько обнажила глубину реального системного кризиса международных политических и экономических отношений в целом.

Ключевых причин три. Во-первых, успехи в научно-технической революции, активное внедрение вычислительной техники и широкая автоматизация производственных процессов обернулись ростом производительности труда, вызвавшим фундаментальные изменения в организации экономического механизма, ведущие к значительному отличию от его описания в классических книгах по экономике.

Представления о принципах функционирования и методах эффективного управления рынками критично отстали от фактического положения дел. Например, рынок перестал быть свободным.

Государственные расходы (от госзаказов до финансирования различных социальных программ поддержки населения) сегодня стали формировать доминирующую долю национального ВВП. В частности, во Франции они составляют 55,6%, в Финляндии 53,3%, в Швеции 49,3%, в среднем по зоне Евро — 47,1%, отдельно в Евросоюзе — 45,8%, в Японии — 38,9%, в США — 37,8%, Россия — 37,7%.

Причем, масштаб экономической зависимости стран от размера бюджетных расходов их правительств стабильно растет. Например, в 2008 году во Франции она была только 50%, в Соединенных Штатах — лишь 31%. Из-за чего устаревшие управленческие рекомендации, годные для устройства мировой экономики даже четверть вековой давности утратили адекватность ее нынешнему устройству.

Во-вторых, с конца 90х годов ХХ века в мире произошло масштабное перераспределение масштабов концентрации производства по основным регионам планеты. На фоне общего снижения удельного веса промышленности в совокупном мировом ВВП с 32% в 1995 до 25,4% в 2018, ранее безусловно ведущие промышленно развитые страны утратили превосходство в доминировании.

Из 30,3 трлн долларов совокупного объема мирового промпроизводства, на Китай приходится 9,17 трлн, тогда как на США — 3,3 трлн, на Японию — 1,44 трлн, на Россию — 1,2 трлн, на Германию — 1,047 трлн долларов.

При том что в традиционном историческом и культурном мировосприятии Америка продолжает считать себя безусловным экономическим лидером планеты с ВВП в 21,5 трлн долларов по итогам 2019 года. Занимающий второе место в рейтинге Китай имеет 14,2 трлн. На третьем месте Япония (5,2 трлн), на четвертом Германия (4,2 трлн), на пятом Британия (2,98 трлн). Россия (1,64 трлн) относится к двенадцатому месту.

Большое несоответствие характера сложившейся к данному моменту политического мироустройства и международного распределения властных полномочий фактическому состоянию экономической мощи порождает напряжение из-за стремления официальных лидеров удержать свои позиции вопреки складывающимся реальным тенденциям.

В-третьих, эпидемия продемонстрировала чрезвычайно высокую степень уязвимости сложившегося механизма хозяйственных связей, как в логистическом, так и в ресурсном смысле.

Например, объявление карантина в Китае автоматически остановило там производство промышленных товаров и показало сколь минимальными являются оборотные складские запасы в структуре сбыта, вследствие развития логистики и десятилетий оптимизации операционных издержек. Рост уровня общей прибыльности экономической системы достигался ценой критичного снижения ее устойчивости к внешним неблагоприятным факторам.

Выбор читателя

Топ недели