Шарий: Я и агент ЦРУ, и мне постоянно платит Кремль (ВИДЕО)

Что сейчас происходит на Украине. На прямой связи с Владимиром Соловьёвым Анатолий Шарий.

Ведущие «Вестей ФМ» — Владимир Соловьёв и Анна Шафран.

Шафран: Анатолий Шарий. Здравствуйте, Анатолий!

Соловьев: Анатолий, рад вас слышать. Сбылась мечта многих услышать вас еще раз в нашей программе. Анатолий, вот вы бились, бились с тем, чтобы вскрыть разнообразные фейки, появляющиеся как с одной, так и с другой стороны.

Но я смотрю, даже сотрудники американского посольства в Москве цитируют эту знаменитую правозащитницу, которая уже похоронила футбольную команду, вы о ней делали блестящую серию репортажей. Жаль, что в обязательной программе у них нет прослушивания вашего видеоблога.

Шарий: По поводу того, что так хотели меня все услышать, я не могу понять: они же меня видят каждый день. Какая разница — что увидеть, что услышать. А, во-вторых, по американцам. У них позднее зажигание, скорей всего.

Потому что, допустим, вчера ваша «Новая газета» опять-таки разоблачила распятого мальчика и женщину, которая об этом наплела, сказав, что на остановке, разбомбленной в Донецке, была она. А вообще это было разоблачено еще в январе.

Вот почему люди так себя ведут? Это странно. Это, как минимум, странно. Американцы вообще сказали, что в Мукачево нехорошо так делать, пожурили, сказали, что надо решать мирно и хорошими быть. Почему они не сказали так в Париже, когда редакцию расстреляли? Надо было мирно все решить. Почему вы террористов убили в Париже?

Почему Госдеп не сказал, что надо было бы решить все мирно. Здесь убивают всех подряд, а надо мирно решать. Почему? Потому что все свои. В общем, американцы как что-то заявят, лучше бы не заявляли.

Соловьев: Анатолий, вас регулярно обвиняют в том, что вы ангажированы, при этом, то одними, то другими, то есть такое количество обвинений в ангажированности с разных сторон невольно наводит на мысль, что вы независимы.

Шарий: Я о себе узнал буквально позавчера, что я еще и агент ЦРУ. На полном серьезе. Путин — это с одной стороны. Мне постоянно платит Кремль, а когда я делаю что-то такое, что Кремлю может и не понравится, это значит специально сделано для того, чтобы разбавить.

А с другой стороны, мне платит Киев, и я нахожусь под крылом почему-то у Европы. Я не могу понять. Со всех сторон получается одно и то же. И, главное, все рассказывают про какие-то деньги, которые я бы хотел, может быть, увидеть. Это грустно на самом деле.

Соловьев: То есть, вы Мата Хари современности — работаете сразу на все разведки.

Шарий: Да вот если бы работал, может быть, знаете, не так обидно было бы. Но я уже давно не забиваюсь в уголок, не плачу из-за всех этих обвинений, но главное — начинать говорить, то есть любой упор, упор — это человек, то есть когда его вытягиваешь на разговор и начинаешь с ним дискутировать и говоришь: «А почему ты считаешь, что правительство Украины — это и есть Украина?

Ну вот, хорошо, я ударил правительство каким-то блогом, почему ты считаешь, что я этим обидел Украину? Почему вы отождествляете власть, Порошенко? Разве Порошенкко — это Украина?» И он начинает задумываться. У него включается немножко мозг: «Ну, да, мне тоже не нравится». Я говорю: «Так в чем тогда дело? Почему ты тогда так говоришь?» С людьми разговаривать надо. Есть такие, правда, что с ними говорить бесполезно. Это, знаете, завернутый во флаг, то есть он во флаг завернулся и гимн поет. С таким нельзя говорить.

Полностью слушайте в видеоверсии.