Глазьев представит Совбезу РФ масштабную «дорожную карту» экономического суверенитета России

Программу нужно реализовать за 5 лет. Только так можно избежать угроз экономической безопасности и внешнего контроля над инфраструктурой управления.

Глазьев предлагает:
— внедрить новую, гибридную форму собственности — народные предприятия (с расширенными полномочиями трудовых коллективов);
— введение валютного контроля;
— ограничения на вывоз капитала;
— регулирование цен;
— массированное кредитование производства;
— снижение ставки Центробанка и эмиссионную накачку промышленности;
— кратное увеличение расходов на НИОКР, образование и научные исследования;
— демонтаж чубайсовской реформы энергетики (ее рецентрализацию);
— создание механизмов для вывода российских компаний из-под западного кредитного пресса;
— воссоздать в мягком виде форму государственного планирования;
— создать орган управления экономикой под руководством президента, стоящий над либеральным Совмином.

Очевидно, что все эти предложения подразумевают отставку или серьезное ослабление влияния сегодняшнего кабинета министров, либеральная философия которого несовместима с программой Глазьева.

Как стало известно «Ъ», 15 сентября межведомственная комиссия Совета безопасности РФ по безопасности в экономической и социальной сфере в закрытом режиме заслушает доклад советника президента Сергея Глазьева по вопросу «О дополнительных мерах по нейтрализации угроз экономической безопасности РФ в условиях международных санкций».

Комиссия, представленная заместителями министров и глав профильных госструктур, с февраля 2009 года является по указу Владимира Путина подразделением Совбеза, готовящего предложения для этого консультативного органа. На сегодняшний день текст — наиболее целостный программный доклад сторонников «модернизационного рывка» мобилизационного типа из кругов, близких к Отделению общественных наук РАН.

Задача документа — представить «в дополнение к принятым правительством» мерам по обеспечению 5-процентного роста ВВП программу действий власти по увеличению долгосрочной конкурентоспособности экономики РФ. Впрочем, реальные проблемы, решить которые предлагает Сергей Глазьев, много шире.

Это рост промышленного выпуска на 30–35%, увеличение в рамках перехода к «экономике знаний» доли в ВВП расходов на образование, здравоохранение и соцполитику с 6,5% до около 40% (цифры по первоисточнику), наращивание «нормы накопления (валовые накопления в ВВП)» до 35–45%.

Программу, предупреждает Сергей Глазьев, следует реализовать в течение следующих пяти лет, то есть до 2020 года. Только так можно избежать «стагфляционной ловушки», угроз «экономической безопасности» и «внешнего контроля над инфраструктурой управления», избежать участи мировой «периферии», угнетаемой «неэквивалентным обменом»,- и войти в новое «ядро мировой экономической системы» вопреки воле стран нынешнего «ядра».

Работа продолжает развивавшиеся в 80–90 годы XX века работы академика РАН Дмитрия Львова (умер в 2007 году) в рамках неошумпетерианской теории «смены технологических укладов», за пределами научных кругов СССР развития не имевшей. Работа господина Глазьева содержит ряд оригинальных дополнений в социал-демократическом духе.

Так, со ссылкой на нобелиатов 2009 года Элинор Острем и Оливера Уильямсона (работы по управлению коллективными правами) предлагается стимулировать создание в РФ «народных предприятий» (до 10% от общего числа в экономике) и организации в остальных секторах «советов работников, научно-инженерных советов, советов управляющих» наряду с собственниками. Это роднит проект с разработками «ускорения научно-технологического прогресса СССР» в 80-х.

Больший интерес представляют предложения Сергея Глазьева, ориентированные на связанную с санкциями против РФ текущую политическую конъюнктуру. Пройдя по «цепочке» Совета безопасности РФ, отдельные инициативы (как это ранее случалось с темами информационной и продовольственной безопасности) могут стать предметом поручений президента — несмотря на то что общая логика Глазьева с идеологией правительства Дмитрия Медведева и руководства Банка России несовместимы.

Идеи Сергея Глазьева разбиты на шесть блоков. Первый — «Переход к суверенной денежно-кредитной политике» (ДКП). Эти идеи предполагают открытое манипулирование («системное управление») ДКП по всем параметрам — от ставок до валютной позиции банковской системы.

Так, программа предполагает рефинансирование ЦБ по ставке 2% «целевых» кредитов промышленности на один-пять лет не менее чем на 3 трлн руб. (конечная ставка для компаний — 4%), кредиты под 1% годовых институтам развития — на не менее чем 2 трлн руб., рефинансирование ЦБ через ВЭБ компаний и банков — на 5 трлн руб. и по госпрограмме импортозамещения — на не менее 3 трлн руб.

В целом эмиссионная программа по предложениям составляет 20 трлн руб. на пятилетку. При этом Сергей Глазьев выдвигает довольно необычную идею поддержки частных компаний: их господдержка осуществляется при «встречных обязательствах перед государством по производству продукции (или оказанию услуг) в определенном объеме в определенные сроки по определенным ценам». В противном случае на частные компании возлагается долг перед государством «в размере стоимости непроизведенной продукции» (дальнейшая судьба этого долга докладом не обсуждается).

Раздел «Стабилизация курса рубля, прекращение утечки капитала, дедолларизация экономики» содержит набор мер по «остановке спекулятивного вихря» на валютном рынке. Де-факто это предложение жесткого валютного контроля («запрет на покупку валюты юридическими лицами без оснований совершения платежных операций») с рядом инноваций. Так, предполагается «временный налог (резервирование средств)» на конвертационные операции и трансграничные платежи. Господин Глазьев также предлагает не только «введение обязательной продажи валютной выручки», но и «законодательное запрещение займов нефинансовых организаций» в валюте в принципе. Еще одна идея — «введение контроля за трансграничными операциями капитального характера посредством открытого лицензирования», а также требование «аргументированного обоснования» экспорта капитала с позиции «пользы» его для экономики РФ.

Раздел «Стабилизация цен» (очевидно, необходимый после реализации двух предыдущих) требует в первую очередь «временного замораживания цен на товары ежедневного потребительского спроса»; установления предельной «маржи торговой системы» 25% между «ценой производителя» и розничной ценой; права для ФАС при колебании цены «резко возвращать ее на прежний уровень» (видимо, административными распоряжениями). Господин Глазьев также предлагает отказаться от ежегодной индексации тарифов госмонополий с их «среднесрочной фиксацией». Отдельным подразделом идет «рационализация электроэнергетики» с «устранением негативных последствий реформирования РАО ЕЭС». В этом блоке интересны не столько ожидаемые предложения по откату реформ в отрасли (возврат полномочий Минэнерго, слияние коммерческого и технологического оператора системы, «комплексные схемы» развития ЖКХ и энергетики в регионах), но и «нормирование рентабельности в секторах экономики», снабжающих инфраструктурные госмонополии.

Эти идеи атакуют по большей части строительные группы и менеджмент «Газпрома», «Транснефти», РЖД, «Россетей». Но есть и предложения, которые заинтересуют все крупнейшие компании РФ. Это «восстановление» экспортных пошлин на металлы и химпродукцию и «прекращение возврата НДС по экспорту углеводородов», равно как и другого сырья — для «стимулирования его глубокой переработки».

«Нейтрализация антироссийских санкций» — следующий раздел предложений интересен в первую очередь идеей разрешения компаниям объявлять форс-мажор по «отношению к кредитам, предоставленным странами, которые ввели финансовые санкции против РФ» — на деле это примерно равно легализации отказа от погашения всего частного внешнего долга. Резервы ЦБ, Резервный фонд и Фонд национального благосостояния Сергей Глазьев рекомендует конвертировать в золото и «обязательства стран БРИКС», с которыми следует создать «систему международных банковских расчетов, независимую от давления стран НАТО и замещающую (дополняющую) SWIFT» и «платежную систему по банковским картам», совместимую с китайской UnionPay. Новая идея по деофшоризации — расторжение соглашений по двойному налогообложению с Кипром и Люксембургом, 30-процентный налог «на все операции» с «не сотрудничающими» с РФ офшорными юрисдикциями.

Наконец, ряд «стратегических» и «социально значимых» предприятий Сергей Глазьев рекомендует «не допускать» перехода в руки иностранцев в принципе: при их банкротстве (которое в ряде случаев при применяемой политике выглядит очень вероятным) на их базе советник президента и предлагает организовывать вышеописанные «народные предприятия». Блок инициатив по «Гармонизации интересов субъектов хозяйственной деятельности» раскрывает эту тему чуть полнее со ссылкой на «положительный опыт», накопленный в этой сфере в Липецкой области.

Венчает эту стройную систему глава «Развертывание системы стратегического управления». Это создание Государственного комитета по стратегическому планированию при президенте РФ (ГКСП) с «координационным» подчинением ему правительства-де-факто и Государственного комитета по научно-техническому развитию РФ (ГКНТР) — также при главе государства, но уже внутри Белого дома. Две последние структуры повторяют дизайн госорганов Ирана, создававшихся после 1994 года для попытки преодоления санкций США и ЕС. В данном случае, очевидно, имеет место чистое совпадение.