Лондонские встречи Назарбаева — Ростислав Ищенко

США будут готовы на значительные уступки казахстанскому руководству ради получения точки входа в Среднюю Азию.

Практика зарубежных визитов американских госсекретарей предполагает, в случае необходимости, почти спонтанные (с коротким сроком подготовки) турне по стратегически важным (в данный момент) регионам, с посещением нескольких стран. А вот протокольная практика британского МИД и Букингемского дворца требует согласования визитов на год вперед.

Исходя из этого можем предположить, что визит в Среднюю Азию вряд ли планировался Госсекретарем США Джоном Керри задолго до осуществления — слишком много было проблем в других регионах, в том числе с американскими союзниками в Европе, чтобы быть заранее уверенным в том, что удастся выкроить время на поездку, от которой невозможно было ожидать каких-либо немедленных результатов. Однако государственный департамент США просто должен был воспользоваться случаем и максимально сблизить сроки среднеазиатского турне Керри и визита в Лондон президента Казахстана Нурсултана Назарбаева.

Главная экономика региона

Мне уже доводилось писать о том, что Казахстан сегодня сумел занять первенствующее стратегическое положение в Средней Азии. Он является главной экономикой региона, важнейшим транзитным регионом и даже гарантом стабильности. Можно без преувеличения утверждать, что в Средней Азии Казахстан играет ту же роль, что и Россия в Евразии.

Кстати, для евразийских проектов России Казахстан также является важнейшим звеном, поскольку через его территорию обеспечивается кратчайшая связь с Китаем, а также доступ России к территориям остальных среднеазиатских республик и (далее) ее сухопутные связи с Пакистаном, Афганистаном и Индией.

Казахстан последовательно и не без выгоды для себя поддерживал практически все российские интеграционные проекты на постсоветском пространстве, а некоторые из них были даже инициированы Нурсултаном Назарбаевым (причем еще в ранние 90-е). Однако, как и любое другое государство, Казахстан не может не учитывать в своем перспективном планировании соотношение меняющихся геополитических раскладов и собственного географического положения.

Москва — Астана — Пекин

Казахстан находится между двумя крупнейшими евроазиатскими центрами силы — Россией и Китаем. Это приносит не только выгоды (от занятия транзитной позиции), но и некоторые издержки. До тех пор, пока отношения между Москвой и Пекином были просто ровными и спокойными, а в Средней и (шире) Центральной Азии наблюдалась даже некоторая конкуренция, позициям Казахстана и его возможностям проводить абсолютно самостоятельную внешнюю политику ничего не угрожало. Два центра силы — Москва и Пекин уравновешивали друг друга, взаимно нивелируя влияние.

Однако в последние два-три года, на фоне обострения противоречий между Россией и Китаем, с одной стороны, и Соединенным Штатами, поддерживаемыми коллективным Западом, с другой, произошло взрывное российско-китайское военно-политическое сближение. Несмотря на то, что дружат сегодня Москва и Пекин против США, а все их совместные экономические проекты были согласованы задолго до оформления неформального военно-политического союза (причем в большинстве своем в рамках коллективных евроазиатских структур, с участием Казахстана), повод для беспокойства у Астаны есть.

Понятно, что согласованная позиция Москвы и Пекина по любой международной проблеме становится для стран Средней Азии обязательной к исполнению уже просто в силу несравнимости потенциалов, геополитического веса, особенностей географического положения и возможностей по привлечению союзников. Россия и Китай пока не проявляли склонность к геополитическому диктату, но в политике учитываются не декларативные намерения, а потенциальные возможности.

То есть, если раньше Казахстан мог использовать Россию для усиления своей позиции в переговорах с Китаем, и наоборот, опираться на Пекин в ходе дискуссии с Москвой, то теперь он рискует оказаться один на один с консолидированной российско-китайской позицией. Следовательно, для сохранения пространства для маневра Астане нужна новая точка опоры, позволяющая балансировать и Россию, и Китай.

Такой точкой опоры может быть только консолидированный Запад, под руководством США.

Казахстан и США

Вашингтон проиграл Кремлю и Китаю серьезный раунд в текущем геополитическом противостоянии. Его позиции ослабли. В кризисных регионах (Сирия, Украина) он вынужден как минимум имитировать готовность к компромиссу. Китай (в рамках традиционной, но ранее неосуществимой концепции национальной безопасности) перешел к агрессивному вытеснению флота США из своих прибрежных морей. США тоже нужны новые союзники, новые площадки для игры.

В этом отношении контролируемая Казахстаном Средняя Азия представляет лучшую из возможных площадок, поскольку одновременно задевает чувствительное южное подбрюшье России (угрожая коммуникациям между европейской и азиатской частью страны), а также обеспечивает выход на границы проблемного для Китая Синьцзян-Уйгурского автономного района. Ну и, опять-таки, кратчайший транзитный путь между Россией и Китаем (а в перспективе — между ЕС и ЕАЭС) идет через Казахстан.

Есть основания считать, что США будут готовы на значительные уступки казахстанскому руководству (включая экономические преференции и обеспечение инвестиций) ради получения точки входа в Среднюю Азию.

Понятно, что такие вопросы одним визитом Керри не решаются. Понятно также и то, что Нурсултан Абишевич, будучи одним из самых квалифицированных политиков постсоветского пространства, прекрасно знает, с кем он имеет дело и насколько опасно слепо доверять США и Западу. Но не использовать попавший в трудное положение Запад в интересах укрепления позиции Казахстана в евразийских раскладах было бы глупо.

Переговоры с госсекретарем министров иностранных дел всех пяти среднеазиатских государств в Самарканде закончились без серьезного видимого результата. Но какие-то авансы Керри, очевидно, дал, поскольку в ходе переговоров в Лондоне Назарбаев счел нужным отметить, что здесь (то есть в Европе) он собирается отстаивать не российские, а собственные казахстанские интересы. Согласитесь, что просто так подобные заявления не делаются.

По сути, Нурсултан Абишевич подал США и их партнерам из ЕС знак о готовности к конструктивной дискуссии.

Астана, Лондон и снова Москва

Значит ли это, что Казахстан переходит на менее дружественные по отношению к России позиции? Нет, не значит. ЕС и США нужны Назарбаеву как балансир, а не как хозяева его страны. Тем более, пример Ирака, Ливии, Египта, Сирии, Украины заставил бы насторожиться даже самого благодушного человека.

Дискуссия с Западом об интересах Казахстана ничего не меняет в его союзных обязательствах в рамках евразийских интеграционных механизмов по сути. Но (на всякий случай) демонстрирует Москве и Пекину, что в запасе у Назарбаева есть возможность опереться на более тесное политическое сотрудничество с Западом.

Ну, а если на фоне всего этого удастся заключить с ЕС и США удачные контракты (в Лондоне уже заключены соглашения на общую сумму в 13 миллиардов долларов) и получить новый поток инвестиций, то от этого Казахстану точно хуже не станет. Кстати, Великобритания для Астаны — один из важнейших торгово-экономических партнеров с начала 90-х.

В целом Назарбаев продолжает проводить неоднократно приносившую ему успех политику сотрудничества по всем азимутам и избегания участия в серьезных региональных или глобальных кризисах.

Оценивая же перспективы российско-казахского партнерства в меняющейся глобальной ситуации, следует акцентировать внимание на том, что именно российская внешнеполитическая концепция, предполагающая строгое следование нормам международного права, обеспечивает Казахстану и аналогичным государствам возможность проводить суверенную внешнюю политику. Вашингтонская концепция глобального доминирования США такой самостоятельности не предполагает. Поэтому, независимо от каких бы то ни было тактических маневров, стратегические интересы прочно связывают Казахстан с Россией.