Модельный теракт | Продолжение проекта «Русская Весна»

Модельный теракт

Какое-то déjà vu — сообщения из Шри-Ланки. Как и 15 лет назад после цунами, каждый день — новые числа погибших. И если поначалу это шокирует, то по прошествии дней реакция притупляется. Какая разница, 100 человек или 300. Даже если бы их было 10 — это уже из ряда вон выходящее событие для маленькой умиротворённой страны, пребывающей в расслабленном успокоении после закончившейся несколько лет назад истории «Тигров освобождения Тамил-Илама».

Этот конфликт часто называют «гражданской войной». Это примерно то же самое, что называть «гражданской войной» то, что происходило в Чечне. Ну то есть в Чечне это была, безусловно, война. Но во всей остальной России никакой войны не было. Да, случались теракты (как они случались и в Шри-Ланке), но ощущения войны не было. Так же было и в Шри-Ланке: конфликт с тамилами происходил где-то на севере острова, а на юге и в центре, в самых туристических районах, если что и напоминало об этой войне, то разве что постоянно встречающиеся блокпосты и вооружённые солдаты.

Конечно, были страшный теракт 1985 года в Анурадхапуре (146 погибших) и убийство президента в 1993-м. «Тигры» убили даже премьер-министра Индии Раджива Ганди. Но я сам был в Шри-Ланке в 1997-м. Ощущение, что ты находишься в стране, где идёт гражданская война, не возникало ни на секунду. Хотя объездил практически всё, кроме севера.

К тому времени этот конфликт продолжался уже 25 лет. И никаких радикальных мер власти не предпринимали. Несмотря на то, что «Тигры» были совершенно отмороженной и мрачной террористической организацией, правительство даже заключило с ними перемирие. Пока в 2004-м не случилось цунами. На юге хаос и разрушения, север вооружается кораблями и самолётами (!). Расслабленные и умиротворённые сингалы наконец мобилизуются — и уже через пять лет от «Тигров» ничего не остаётся. Для страны, пережившей катастрофу, эта победа ознаменовала собой преодоление не только затянувшегося внутреннего конфликта, но и последствий самой катастрофы. И снова можно было расслабиться.

Конечно, на самом деле хронология сингало-тамильского конфликта и его природа куда как сложнее тех умозрительных ощущений, которые я тут описал. Но важно понимать, что Шри-Ланка — страна — филиал рая на Земле. Там настолько хорошо, что ни о каких межконфессиональных трениях не хочется думать. Буддисты, индуисты, христиане и мусульмане живут вместе и совершенно толерантны друг к другу. Я своими глазами видел совместные кладбища: с одной стороны — христианские могилы, с другой — пустое место для погребальных костров. «Тигры освобождения Тамил-Илама» не руководствовались религиозными мотивами. Это был классический националистический сепаратизм, возникший на фоне дискриминации от сингальского большинства.

Собственно, этим и объясняется бездействие ланкийских спецслужб, которых не раз и не два предупреждали о возможной атаке. Исламисты? У нас? Да откуда! У нас в полицейском участке на десять сингалов два мусульманина и три католика.

Я не знаю, направляли ли террористов в Шри-Ланку специально изощрённые люди (версия об «ответе за Крайстчерч» кажется довольно надуманной: там был один придурок, а тут масштабная, хорошо подготовленная операция), но расчёт был очень точным. Не так уж и много на Земле стран, где межконфессиональный мир — это обыденная реальность. И если ланкийские мусульмане теперь стали ходить осторожно и под косыми взглядами всех остальных, то этот мир может рухнуть. А там и тамилы вспомнят, что всех своих проблем не решили. Обида на сингалов у них очень крепкая.

И теперь, собственно, к основной мысли этого текста. Венедикт Ерофеев в своей бессмертной поэме «Москва — Петушки» писал, что гомосексуализм у нас побеждён полностью, но не окончательно. Точно так же и с терроризмом. Его можно победить полностью. Но нельзя победить окончательно. На днях в Северной Ирландии была убита журналистка. Убита во время боестолкновения с организацией, называющей себя «Новая ИРА». Просто потому, что проблема Северной Ирландии не решена. А тут брексит и связанные с этим волнения. И дети, которые не знают, на каких условиях и зачем их родители сложили оружие, чувствуют внутреннюю потребность завершить то, что не завершили отцы.

Великобритания и Шри-Ланка одинаковым образом думали, что победили внутренний терроризм. И теперь они пожинают плоды своей самоуверенности.

И главная опасность ланкийского теракта в том, что он вполне может стать модельным. Потому что стран, которые думают, что они победили свой внутренний терроризм, на нашей планете достаточно. Кое-как купированный внутренний конфликт, смена поколения и какой-нибудь раздражитель — вот источники и составные части потенциальной дестабилизации, способной снести государственность. И время сейчас такое, когда нужно постараться минимизировать раздражители. Не перезахоранивать диктаторов. Не принимать репрессивных законов. Не проводить идиотских референдумов. Не строить рейтинги на войне.

А главное — дать спецслужбам задание и возможность делать своё агентурное дело. Если кто и способен победить терроризм пусть не окончательно, то хотя бы полностью, то только они.