Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что рекламные поступления важны для обеспечения техподдержки сайта!

США выбрали неверный путь борьбы с Китаем — National Interest

17.06.2020 - 17:55   1 284

Администрация американского президента Дональда Трампа дала неверный диагноз характера и масштабов проблемы, которую перед Вашингтоном ставит Китай. Из-за этого неверного видения проблемы США могут выбрать неэффективный и контрпродуктивный курс действий в отношении Пекина, пишет заслуженный научный сотрудник Центра национальных интересов, занимающийся вопросами Китая и Восточной Азии, Пол Хир в статье, опубликованной 15 июня в The National Interest.

Автор указывает на то, что в новом «Стратегическом подходе к Китайской Народной Республике» Белого дома утверждается, что в основе нового курса лежит «возврат к принципиальному реализму». Тем не менее в документе больше идеологических вещей, чем реализма, тогда как если документ и дает довольно точную оценку стратегических намерений и поведения Китая, то в других отношениях он оказывается во многом недальновидным.

Так, документ начинается с той же традиционной ложной предпосылки: взаимодействие с Китаем в течение последних тридцати лет основывалось на предположениях и целях, которые оказались неверными и недостижимыми. В частности, фундаментом этого взаимодействия была надежда на то, что благодаря углублению связей можно будет добиться фундаментальных экономических и политических преобразований в КНР, а страна сможет стать конструктивным и ответственным участником глобальных процессов.

В рамках этого подхода США «недооценили желание Коммунистической партии Китая (КПК) ограничить масштабы экономических и политических реформ в Китае». На самом деле, подчеркивает Хир, никогда не было оснований сомневаться в нежелании КПК допускать каких-либо экономических или политических реформ, которые бы могли угрожать режиму. Такое нежелание было совершенно очевидно продемонстрировано во время подавления восстания на площади Тяньаньмэнь в 1989 году, которое стало прологом к взаимоотношениям США и КНР после Холодной войны.

Важнее то, что документ отражает непоследовательность и двусмысленность действий администрации за прошедший год по вопросу взаимодействия с Пекином. В нем говорится, что США не стремятся «изменить модель внутреннего управления КНР». Значит ли это, задается вопросом автор, что Вашингтон отказался от «надежды» на экономическое и политическое преобразование Китая? Разумеется, администрация отказалась признать, что за последние тридцать лет взаимодействие фактически принесло значительные плоды как в плане внутренней открытости Китая, так и с точки зрения его конструктивного внешнеполитического поведения. Тот факт, что в обоих отношениях остается желать лучшего, не означает, что взаимодействие потерпело неудачу или что надежда на позитивное развитие событий потеряна. Взаимодействие не провалилось. Напротив, уверен Хир, оно еще не принесло всех своих плодов, что очевидным образом займет больше времени.

Авторы стратегии Белого дома в конечном счете признают это, когда замечают, что конкуренция с Китаем обязательно должна включать в себя взаимодействие с ним, но только в тех областях, где это выгодно для национальных интересов США.

Тем не менее вводный раздел стратегии устанавливает непрочные рамки для такого взаимодействия. В нем, как утверждается, предоставлена «ясная оценка намерений и действий КПК», но даже ясные глаза могут ошибаться. Так, Пекин действительно стремится трансформировать международный порядок в соответствии с интересами и идеологией КПК, но этим занимаются все великие державы, в том числе США.

Если сначала авторы документа обращают внимание на то, что Пекин с помощью своей экономической, политической и военной мощи принуждает соседей к молчаливому согласию с его политикой, то через два параграфа они же указывают на то, что одной из двух основных целей стратегии США является «принудить Пекин прекратить или сократить действия, наносящие ущерб жизненно важным национальным интересам США». В документе также утверждается, что Вашингтон приветствует сотрудничество с Пекином в тех областях, где интересы США и КНР совпадают, при этом не говорится, в каких именно сферах может происходить такое совпадение.

Другая основная цель «конкурентного подхода к КНР» — помимо принуждения ее к согласию с политикой США — состоит в том, чтобы повысить устойчивость институтов, альянсов и партнерских отношений Вашингтона, чтобы преодолеть вызовы, которые перед ним ставит КНР. Это достойная и необходимая цель, уверен Хир, отмечая с сожалением полное несоответствие нынешней американской администрации заявленным ею же целям. В частности, в последние годы из-за внутриполитических раздоров, а также сомнений Вашингтона в необходимости сохранять альянсы и решать вопросы на многостороннем уровне были подорваны позиции многих американских институтов и союзнических структур. Для выработки действительно «конкурентного подхода к КНР» властям США придется остановить эти процессы.

В стратегическом документе подробно изложены многие экономические, политические проблемы и вызовы безопасности, с которыми США сталкиваются со стороны Китая. Например, протекционистская и иная политика КНР наносит ущерб американским компаниям и работникам, искажает мировые рынки, нарушает международные нормы и загрязняет окружающую среду. Более того, проект Нового шелкового пути направлен на то, чтобы укрепить позиции компаний КНР на мировом рынке за счет некитайских фирм. Тем не менее это то, что делают великие державы, и Вашингтону следует не жаловаться на это, а конкурировать с этим.

В сфере ценностей и идеологии Пекин, уверены авторы документа, стремится изобразить свою систему управления более эффективной, нежели сложившуюся в западно-демократических капиталистических странах, что означает, что он ведет идеологическую конкуренцию с Западом. Тем не менее цели Китая здесь неверно истолкованы и преувеличены. Авторы стратегического документа опасаются, что КНР может распространить на весь мир ту систему управления, которая сложилась внутри страны. Однако, утверждает Хир, мало того, что Пекин не стремится управлять миром так, как он Китаем, так еще и его попытки продвинуть свой дискурс имели скорее негативные последствия.

В том же, что касается описания тех рисков, которые Пекин представляет для безопасности, то оно составлено на удивление кратко и избирательно — вдвое короче разделов, посвященных экономике и ценностям. Здесь авторы документа обращают внимание на то, что наращивание мощи со стороны КНР угрожает США и их национальным интересам, а также создает проблемы в области глобальной торговли и цепочек поставок.

Документ также снабжен списком направлений, по которым США планируют реализовывать свою стратегию противодействия КНР. Хотя пакет этих мер и заслуживает, по словам Хира, похвалы, он составлен на основе преувеличенного или искаженного представления о действиях или амбициях Пекина. В нем также не учитываются те шаги, из-за которых был частично утерян потенциал конкуренции с Китаем, в частности выход из договора о Транстихоокеанском партнерстве, торговая война и перекладывание вины за дезинформацию, приведшую к пандемии коронавируса.

В целом стратегия Белого дома в отношении Китая заслуживает похвалы за перечисление многочисленных проблем, с которыми США сталкиваются в их взаимодействии с Пекином, и мер, принимаемых Вашингтоном в ответ на эти вызовы. В стратегии также надлежащим образом подчеркивается, что Вашингтон «открыт для конструктивного, ориентированного на результаты взаимодействия и сотрудничества со стороны Китая». С другой стороны, его авторы по-прежнему не желают отказываться от ряда ошибочных предположений и предлагают мало позитивных стимулов или альтернатив для все более конфронтационных отношений.

Более того, авторы документа, вероятно, переоценивают имеющиеся в наличии у США рычаги давления на Пекин, пренебрегая бюджетными ограничениями своего «конкурентного» подхода к Китаю, а также тем, как такой курс поддержат союзники Вашингтона, по-разному относящиеся к китайским опасениям Белого дома. Важнее всего то, что в рамках стратегии Белого дома не учитываются глубокие внутриполитические тенденции, которые можно наблюдать внутри США: последствия политических войн, неэффективные меры по борьбе с пандемией и политизация этих мер, расовые и социальные противоречия, вызванные смертью Джорджа Флойда.

Все это подорвало способность США проецировать на международное сообщество привлекательную модель государственного устройства, которая бы могла конкурировать с предлагаемой Пекином. Именно в этом и должна состоять суть ответа США на вызов со стороны Китая, но Вашингтон очевидным образом неспособен к этому противостоянию.

Выбор читателя

Топ недели