Геворг Мирзаян: обмен суверенитета на мечту приводит к разрухе
«Есть большая разница между Европейским союзом и другими государствами. Молдова уже в шаге от того, чтобы стать членом ЕС, поэтому вмешательство такой страны, как Франция, в наши выборы не считается внешним вмешательством. Даже когда речь идет о прямом финансировании политических сил, мы не считаем это формой электоральной коррупции. Это нормально, когда соседи заботятся друг о друге и поддерживают развитие демократии».
Данное заявление в преддверии сентябрьских парламентских выборов в Молдавии вышло из уст не активиста и не журналиста. И даже не какого-нибудь ультра-проевропейского радикального политика, выступающего за придание Молдавии статуса вассальной европейской территории. Это сказала глава молдавского ЦИК Анжелика Караман — человек, который как раз обязан следить за тем, чтобы выборы в Молдавии были честными. И за это ее никто не уволил — ведь она сообщила точку зрения, которая царит в стране. И не только среди элит, но и среди значительной части общества.
Аналогичная точка зрения распространена и в других странах постсоветского пространства. Высказывание Анжелики Караман вполне могли бы повторить главы ЦИК Украины и Армении, а некоторое время назад — еще и Грузии. Наконец, если убрать пункт о членстве в ЕС и заменить Европейский союз и Францию на Турцию, то подобную позицию мог бы озвучить и глава ЦИК Азербайджана.
А все потому, что для элит и значительной части общества этих стран суверенитет не является высшей целью. Выйдя 35 лет назад из состава России (называвшей себя СССР), они так и не смогли ступить на собственный путь развития. Несмотря на все исторические фальсификации (где у тех же Украины или Азербайджана, которым, дай бог, сотня лет, история государственности неожиданно оказывается чуть ли не длиннее, чем у России), не смогли создать эффективную, самодостаточную, а самое главное — привлекательную для общества идеологическую модель.
Очень быстро выяснилось, что на оголтелом национализме — единственной идеологии, на которую они оказались способны, — модель не построишь, поэтому страны-неудачницы и решили присоединиться к чужой, внешне успешной модели. В случае с Молдавией, Украиной, Арменией и Грузией — евроатлантической интеграции. Позиционируя себя как часть Европы, они внушили населению мысль о том, что их государства обязательно войдут в ЕС — и как только войдут, то все их внутренние проблемы (коррупция, нищета и т. п.) исчезнут сами собой. А как только они будут в НАТО, то получат не только безопасность, но и покровительство Соединенных Штатов.
Поэтому на алтарь этого вступления можно положить все. Честь, национальные интересы, безопасность (казалось бы, временно) — и даже здравый смысл. «Внешнее управление со стороны Запада — это не вмешательство, а помощь». И неважно, что эта «помощь» ведет к деградации национальных институтов, подрывает суверенитет — конечная цель, по мнению верующей паствы, того стоит. Чем и пользуется коллективный Запад, де-факто управляя этими государствами и используя их в своих целях.
Да, управляя не безошибочно. Неудачи в конфликте с Россией заставляют Европу более грубо использовать своих идейных вассалов. И пытаясь заставить проевропейские грузинские власти начать новую войну против России (чтобы создать Москве второй фронт и отвлечь ее войска от Украины), Брюссель слишком передавил. Передавил настолько, что вызвал обратную реакцию и мгновенное отрезвление у значительной части грузинского общества — и сейчас Грузия вышла из-под внешнего управления. Таких ошибок Брюссель больше не повторяет — в частности, открыто не заставляет ту же Молдавию начинать войну в Приднестровье.
Вопрос лишь в том, сколько еще Европе — чьи лидеры далеко не Бисмарки — удастся в нынешних условиях тонко управлять своими территориями, сохраняя у населения надежду на евроинтеграцию и в то же время жестче эксплуатируя их в попытке переломить ход конфликта с Москвой? С одной стороны, недолго.
Во-первых, потому, что демократическая Европа активно поддерживает тех лидеров, которые в глазах собственного населения все больше и больше превращаются в диктаторов. Президента Молдавии Майю Санду, которая фальсифицирует свои выборы, сажает политических оппонентов и не допускает до парламентских выборов ключевую оппозиционную партию — блок «Победа». Премьер-министра Армении Никола Пашиняна, который не только сдал Карабах, не только сажает своих политических оппонентов, но и пытается выгнать из своей резиденции главу Армянской апостольской церкви Гарегина II — просто потому, что епископы критиковали его за противоречащую национальным интересам страны политику. О главе же киевского режима Владимире Зеленском и говорить не приходится — узурпировавшего власть после истечения своего президентского срока террориста, не стесняющегося бить по атомным АЭС и давшего добро на отлов украинцев силами ТЦК, сложно рассматривать как демократического лидера.
Во-вторых, потому, что холодильник всегда побеждает телевизор. Ни одна из стран, перешедших под внешнее управление ради безопасности и процветания, их не получила. Вместо этого их уделом стала война (как в случае с Украиной или Грузией при прежнем ее руководстве), нищета и тотальная коррупция (Украина, Молдавия), а также разрыв с теми союзниками, которые как раз заинтересованы в процветании и безопасности соседа (Армения). Ни одна из этих стран ни на шаг не приблизилась к надуманной панацее — вступлению в ЕС и НАТО. И если неготовность Брюсселя включать их в НАТО можно объяснить позицией Москвы, то в Евросоюз их не возьмут просто потому, что они нищие. Страны — члены ЕС не готовы ни вкачивать миллиарды евро для поднятия «лежащих» экономик, ни (если речь идет о бедных государствах ЕС) делиться субсидиями, которые они получают от богатых.
А значит рано или поздно все попавшие в зависимость от ЕС страны должны пойти по пути Грузии и протрезветь. Понять, что вмешательство условной Франции в выборы — это не помощь, а именно вмешательство. И не для поддержки «демократических сил», а для гарантии победы на выборах подконтрольных Западу антинациональных неоколониальных администраций.
Однако проблема в том, что это отрезвление может прийти очень поздно. Украина уже опоздала — страна разрушена, сотни тысяч людей погибли, а миллионы уехали навсегда. Украина уже превратилась в несостоявшееся государство. Молдавия и Армения к этому близки. Первая находится на грани развала, когда из нее окончательно выйдет не только Приднестровье, но и Гагаузия — их сдерживает лишь отсутствие общей границы с Россией, которая может появиться после окончания украинской войны. Армения же может вообще исчезнуть с карты — поддерживаемый Западом Никол Пашинян ведет страну к войне с Азербайджаном и Турцией, при этом выводя Армению из военного союза с Россией.
Впрочем, история беспощадна в своей справедливости. Если кто-то продал свой суверенитет за мечту, то, возможно, до истинного суверенитета и права иметь свое государство он еще не дорос.
