Легализация проституции ведёт к ещё большему криминалу | Продолжение проекта «Русская Весна»

Легализация проституции ведёт к ещё большему криминалу

В странах, где проституция декриминализована, уровень связанных с ней преступлений выше, чем там, где она под запретом. Потому что легализация вызывает одно-единственное следствие — увеличение спроса.

Однажды в компании зашел разговор о сайтах знакомств — мой приятель утверждал, что это отличный способ снять девушку на ночь, не всегда бесплатный, зато безотказный. Я (наивное дитя) не поверила, но, будучи человеком дотошным, зарегистрировалась (как мужчина) и начала искать по параметру «секс на одну ночь».

В общем, иллюзии мои развеялись быстро. Да там на сайте, собственно, был параметр «хочу стать спонсором» для мужчин и «ищу спонсора» для девушек. Искавшие соблазняли и заманивали за достаточно скромную таксу. Именно так я поняла, что, в общем, даже при криминализованной проституции в нашей стране всегда найдется место подвигу.

Насчет криминализации и легалайза: на Украине вот недавно предложили легализацию проституции (раньше там предлагали декриминализировать легкие наркотики, но речь не об этом). У нас некоторые тоже заговорили о том, что это может быть хорошей идеей. Нет, не может. Проституция — это бизнес.

Смотрите: на первый взгляд кажется, что декриминализация выводит из тени преступные схемы. То есть теперь у нас не подпольные бордели, наводненные наркотиками, где работают дрожащие от страха девочки, запуганные мафией, а «объекты малого бизнеса». Да и в европейской прессе мы периодически видим счастливые истории проституток. Но нет, не все так просто.

В Германии проституцию декриминализовали. Все, ночные бабочки, вылетайте из тени, все можно. Однако почему-то теневой рынок только вырос. Выросло количество преступлений, связанных с проституцией, с торговлей женщинами.

В мире 22 страны, где проституция так или иначе легализована. Есть Нидерланды с кварталами красных фонарей, есть Швеция, где проститутки не привлекаются к ответственности, а криминализован только клиент — ему приходится платить штраф.

Есть Австрия, где проституция легализована, а таких проблем с мигрантами, как в Германии, нет. Есть, например, Дания, где проституция может быть только второй работой. Датчане считают, что торговать своим телом, чтобы выжить, — это отвратительно. Проституция может быть только хобби. Проститутки, как правило, регистрируются в качестве индивидуальных предпринимательниц, имеют свои профсоюзы…

И тем не менее уровень преступлений, связанных с проституцией, в этих странах выше, чем там, где проституция под запретом. Потому что легализация вызывает одно-единственное следствие — увеличение спроса. Растет спрос — растет предложение, и бизнес старается сделать его как можно более дешевым. А более дешевые предложения — это проститутки-мигрантки с отобранными паспортами.

Недавно в Красноярске произошло то, что часто случается с проститутками. Девушка по вызову явилась на адрес, где ее ждал клиент. Оказалось, что ждал он ее не один, а с другом. Двое мужчин восемь часов насиловали женщину, после чего ей пришлось выпрыгнуть из окна третьего этажа. Чудом осталась жива.

Тут, конечно, многие простодушные люди загыгыкают: «Ха-а-а, изнасилование проститутки». Объясняю: уголовный кодекс в данном случае абсолютно справедливо не делает различия между изнасилованием проститутки и изнасилованием порядочной женщины; секс против воли — это изнасилование.

Однако изнасилование проститутки — это ситуация, которая случается банально чаще, хотя не каждая такая женщина пойдет в полицию. Проститутка — это в принципе женщина социально незащищенная, это обратная сторона «пониженной социальной ответственности».

К чему приводит легализация проституции? К тому, что больше мужчин захотят воспользоваться этим, хм, товаром. И к тому, что больше женщин захотят продавать то, что у них есть — себя самое. Возможно, чтобы купить еды, возможно, чтобы купить новый айфон — легализация проституции дает понять, что продавать себя в принципе можно.

Тут можно поправить — «продавать тело». Но, насколько я помню, тело и душа обычно слиты воедино, а процесс их разделения называется смертью, я читала. Довольно хреново, когда женщины начинают продавать себя, и довольно хреново, когда в головах мужчин укрепляется мысль, что в случае чего он может пойти и выбрать женщину на рынке.

Ничего, кроме деградации — во всех смыслах слова — из этого вырасти не может.

1 863