Киевский Жук: из белой гвардии в кремлёвскую стену

18.04.2021 - 21:37   5 958СКАЧКО Владимир

Если есть на земле олицетворение понятия «социальный лифт», то это он — человек и пароход, зек и герой, инженер и гидростроитель, генерал и академик, канал и институт. В Москве, которую иногда называют «портом семи морей». И он к этому непосредственно причастен.

Этот человек только в советский «архипелаг ГУЛАГ» попадал дважды. И дважды из него выбирался. Первый раз -в 1931 году, когда был арестован ОГПУ СССР по делу «Весна», с помощью которого чекисты «чистили» Красную армию от бывших царских и белогвардейских офицеров. Как и сотни других офицеров, поверивших и даже воевавших за советскую власть, обвиненных, разумеется, в контрреволюционной деятельности, он тоже был обвинен и осужден. Дело это еще называют «гвардейским», потому что судили еще императорскую гвардию, честь и славу русского офицерства. Было расстреляно более тысячи человек, которые во многом обеспечили победу в гражданской войне. Красной гвардии. Он тоже был из гвардии. Только белой.

Но его не расстреляли, а направили на строительство Беломорско-Балтийского канала, что и стало для него настоящим звездным часом.

Второй раз его имя упомянул в своей книге «Архипелаг ГУЛАГ» уже Александр Солженицын, назвав одним из «главных подручных у Сталина и Ягоды, главных надсмотрщиков Беломора, шестерых наемных убийц», на совести которых гибель десятков тысяч людей («записывая по сорок жизней на каждую тысячу»). Книга Солженицына вышла на Западе в 1973–1975 годах, и к тому времени этого человека уже как 16 лет не было в живых. Но его родные, соратники, друзья, коллеги и сторонники возмущались и требовали от Солженицына убрать фамилию из числа убийц и не бесчестить доброе имя.

Солженицын сначала отвечал, что его написанная не на архивных данных, а на воспоминаниях 257 бывших зеков сталинских лагерей книга — лишь «опыт художественного исследования» той страшной действительности, а значит, именно так к ней следует относиться. И что никаких изменений в текст он вносить не будет, так как «тема для автора закрыта, и он не собирается к ней возвращаться». Однако в последующих изданиях «Архипелага ГУЛАГа» фамилии нашего героя уже нет, и «сталинских убийц» уже пять, а не шесть. Упрямый и обычно непреклонно-несгибаемый нобелевский лауреат поправил свой обессмертивший его текст, а это, согласитесь, дорогого стоит. А наш герой был реабилитирован и навсегда освобожден от морального груза и в вечности.

Звали этого человека Сергей Яковлевич Жук. Он — один из двух киевлян, захороненных в Кремлевской стене на Красной площади в Москве. И вместе с земляком, командармом 1 ранга и бывшим полковником императорской армии Сергеем Каменевым он забыт сегодня в Киеве. И в Украине вообще. Хотя сам себя все время считал украинцем. А большинство гидротехнических сооружений советского периода в республике так или иначе пользовались его наработками и научно-практическими принципами в области масштабного гидростроения.

А еще этот киевский Жук прожил поистине уникальную жизнь и действительно неслабо проехался в «социальном лифте» на тектоническом изломе двух эпох: гибели старого и рождения, становления нового миров. Новому миру он помог, органично вписавшись в него. Пройдя по жизни путь от киевского гимназиста и до офицера-белогвардейца, который только через плен перешел в Красную армию, до советского инженера и зека ГУЛАГа, который стал кавалером ордена Ленина, Героем Социалистического труда, академиком и лауреатом Сталинской премии, нашедшим свой последний приют в Кремлевской стене. Среди тех 115 человек, которые в разной степени олицетворяли собой гордость и честь, славу и достижения как советской страны, так и мирового коммунистического и рабочего движения.

Родился Жук 23 марта (4 апреля) 1892 года в городе Киев в семье служащего. Учился во 2-й Киевской гимназии, а после смерти отца был зачислен в Орловский кадетский корпус. В 1914 году, с началом Первой мировой войны, поступил в Петроградский институт гражданских инженеров, через год перевелся на второй курс Института инженеров путей сообщения, который, по официальной биографии и закончил в 1917-м. По неофициальным же данным, в связи с острой нехваткой офицеров был переведен для дальнейшего обучения в Алексеевское военно-инженерное училище в Киеве, из которого в ноябре 1916 года вышел инженером-сапером в саперный батальон в Сибири. Там его и застала гражданская война, которую он начал в армии «повелителя Сибири» адмирала Александра Колчака.

В 1919 году с остатками армии Колчака подпоручик Жук попал в плен и работал по специальности уже при Красной армии. И уже тогда пытался заняться своим любимым делом, которое он сам себе определил — инженерию и гидротехнику в гидростроительстве. Еще 1917 году он, согласно его воспоминаниям, получил большую золотую медаль за разработку дипломного проекта «Водный путь от Онежского озера до Белого моря».

В 1921–1922 годах Жук работает в Северо-Западном водном управлении, затем, окончательно перейдя в Красную армию на службу, преподает инженерное дело в Объединенной Киевской военной школе имени, кстати, упомянутого выше земляка Сергея Каменева, в Сумской артиллерийской и в Полтавской пехотной школах. В своей автобиографии Жук называет «переломным» 1924 год. Тогда он, перейдя в наркомат путей сообщения и испытывая недостаток производственного опыта, покидает Ленинград, и идет работать простым подрядчиком на строительство шлюза и плотины на реке Шексне на Вологодчине.

Через 3 года Жук снова возвращается к проектной работе и в 1928 году даже едет в командировку в Германию для изучения вопросов строительства и эксплуатации каналов. Это тоже предопределило его арест 10 января 1931 года и обвинения в причастности к контрреволюционной офицерской организации, работавшей в интересах «иностранных врагов». Так он и попадает на строительство Беломорканала, работая простым инженером.

Уже через год после ареста, в 1932 году его амнистировали и даже условно-досрочно освободили — «для более эффективного использования на строительстве». И он даже переходит в органы безопасности (НКВД), курирующие строительство и безжалостно обеспечивающие ее рабсилой из числа заключенных. И так хорошо и продуктивно работает заместителем главного инженера «Беломорстроя», что уже в августе 1933 года, к моменту пуска канала в строй, награждается своим первым орденом Ленина.

После Беломорканала Жук был откомандирован на строительство следующего важного объекта — канала Москва-Волга. В декабре 1933 года стал его главным инженером, а в 1936 году получает звание дивизионного инженера (аналога комдива в сухопутных войсках, что-то вроде полковника). Под непосредственным руководством Жука на 128 километрах канала было сооружено более 200 различных гидротехнических сооружений. Канал был пущен в строй уже в марте 1937 года, а Жук за исключительные заслуги в строительстве был даже награжден легковой автомашиной «ЗиС».

Дальше Жук только разрабатывает проекты и воплощает их в жизнь. Даже в годы Великой Отечественной войны он либо строит новые гидрообьекты и гидроузлы, либо приспосабливает для военных нужд старые. 22 февраля 1943 года ему было присвоено воинское звание «генерал-майор инженерно-технической службы».

Тогда же, сразу после окончания Сталинградской битвы, начались проектно-изыскательские работы по строительству канала Волга-Дон. И опять под непосредственным руководством Жука. В феврале 1948 года начались земельные работы, и уже 31 мая 1952 года в 13 часов 55 минут между 1-м и 2-м шлюзами слились воды Волги и Дона. С 1 июня уже началось движение судов, и каналу было присвоено имя Ленина. Это был очередной рекорд страны Советов: под руководством Жука было вынуто 150 миллионов кубометров земли и уложено 3 миллиона кубометров бетона, для прохождения полного пути из Волги в Дон было сооружено 13 шлюзов, разделенных на Волжскую и Донскую шлюзовые лестницы.

В ходе строительства Волго-Донского канала Жук дважды становился лауреатом Сталинских премий, получил еще два ордена Ленина и орден Красного Знамени. А 19 сентября 1952 года за особые выдающиеся заслуги ему было присвоено звание Героя Социалистического Труда.

В 1953 году Жук избран академиком Академик АН СССР по направлению «гидротехника» и возглавил фактически выпестованное им и его командой Управление проектирования, изысканий и исследований для строительства гидротехнических сооружений, ставшее впоследствии институтом «Гидропроект» Министерства электростанций и электропромышленности СССР (ныне Всероссийский проектно-изыскательский и научно-исследовательский институт «Гидропроект» имени Жука). До последнего своего дня академик и генерал Жук руководит работами по Сталинградской, Саратовской гидроэлектростанциям на Волге, Боткинской и Нижнекамской на Каме и другим гидротехническим сооружениям. Умер он 1 марта 1957 года и был похоронен в Кремлевской стене. Кроме «Гидропроекта», имя Жука присвоили теплоходу в Украине в Днепродзержинске, улицам в некоторых городах.

Но главное в другом — после этого человека стране и ее науке остался обобщенный научно-исследовательский, конструкторский и исполнительский опыт гидроэнергетического строительства и целая уникальная школа гидротехников. И уже не так и важно, работал ли он, бывший белогвардеец, ставший красным инженером в погонах, так неистово, потому что поверил в новый мир. Или же без веры трудился так сознательно, чтобы спастись от возможной расправы, которую он видел собственными глазами в каждом зеке ГУЛАГа, зачастую безвинно уложенном в фундамент его великих строек. В КПСС Жук вступил лишь в 1942 году, но его каналы стали памятниками тому великому и страшному времени.

И именно работа киевлянина Жука сделала Москву «морским городом», портом пяти или даже семи морей.

Беломорканал, канал имени Москвы и Волго-Донской каналы соединили Москву с Белым, Балтийским, Каспийским, Азовским и Черным «естественными» морями, и двумя искусственными — Московским (Иваньковским) и Рыбинским (бывшим Куйбышевским). А есть же еще семь водохранилищ, рукотворных морей: Химкинское, Клязьминское, Пироговское, Пестовское, Учинское, Пяловское и Икшинское. Кроме того, Жук напоил столицу в прямом и переносном смыслах — по каналу имени Москвы в столицу пошли основные массивы питьевой и технической воды. И это спасло Москву от техногенной, экологической и даже гуманитарной катастрофы. В конце 1920-х годов Москва-река настолько обмелела, что у Кремля ее можно было перейти вброд. А теперь, как видим, ничего.

…И, может быть, именно поэтому в современной Украине Жук предан забвению — за то, что напоил «москалей». А может, еще и потому, что на фоне его свершений еще отчетливее стало бы видно, что он строил, а нынешние — только разрушают. Причем в Украине, которой они так клянутся в любви. И не только в ней…

Выбор читателя

Топ недели