Сможет ли Китай не погрязнуть в афганском болоте? — The Strategist

19.07.2021 - 16:49   1 200БЕЛОВ Александр

После заключения в феврале 2020 года соглашения американских властей с представителями радикального движения «Талибан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) о выводе войск из Афганистана некоторые комментаторы высказали предположение, что заполнить образовавшийся вакуум может Китай. Пекин, возможно, и наблюдает за недавними событиями с некоторым опасением, но он также будет рассматривать вывод войск США как представившуюся возможность, пишет бывший сотрудник министерства иностранных дел и торговли Австралии Коннор Диллин в статье, вышедшей 16 июля в The Strategist.

Китай имеет в регионе значительные стратегические и экономические интересы, а также интересы безопасности, в связи с чем будущая стабильность Афганистана играет важную роль для Пекина. В его прямые экономические интересы в Афганистане входит 30-летняя аренда медного рудника Мес-Айнак, который он арендовал в 2007 году и разработку на котором он не может начать из-за нестабильной ситуации с безопасностью. Пекин, вероятно, также присмотрел и обширные минеральные ресурсы Афганистана, которые оцениваются более чем в $1 трлн США и включают значительное количество редкоземельных элементов.

За последние 20 лет вмешательство США и НАТО в дела региона сыграло Китаю на руку, оно обеспечило среду безопасности, благодаря которой Пекин смог реализовать свою инициативу «Один пояс и один путь» в Пакистане и Центральной Азии. Китай вложил особенно большие средства как в Пакистан, так и в Таджикистан, которые представляют собой важные элементы двух ключевых коридоров этого проекта. Но они также имеют протяженные и плохо защищенные границы и этнические и племенные связи с Афганистаном и очень уязвимы перед лицом нестабильности в Афганистане.

Китай также считает Афганистан важным для безопасности своего региона Синьцзян, поскольку Афганистан долгое время использовался в качестве убежища для уйгуров, спасающихся от преследований в КНР, а также, по некоторой информации, в качестве базы для уйгурских боевиков.

Хотя форма и содержание стратегии Пекина в Афганистане все еще формируются, она, вероятно, будет сосредоточена на привлечении того, кто находится у власти в Кабуле, в орбиту Пекина посредством целевой финансовой поддержки и инвестиций. КНР, возможно, пожелает избежать любой тяжелой работы по обеспечению безопасности Афганистана, но он, вероятно, будет действовать, чтобы ограничить любую нестабильность или угрозы, возникающие в связи с уходом США, которые могут ущемить интересы безопасности Китая или региональные инвестиции в рамках проекта «Один пояс и один путь».

Некоторые комментаторы утверждали, что Китай будет реализовывать свою повестку дня в Афганистане в рамках сотрудничества, включающего Пакистан, Россию и Иран, и не станет «отправлять контингент» в саму страну. Другие предполагают, что Афганистан настолько важен для китайского «марша на запад», что Китай неизбежно будет играть более прямую и влиятельную роль в обеспечении безопасности Афганистана в будущем.

Пекин давно продемонстрировал готовность играть по обе стороны афганского раскола. В 2018 году выяснилось, что китайская делегация в Кабуле получила согласие правительства президента Ашрафа Гани на строительство китайской военной базы на севере Афганистана. В 2020 году сообщалось, что Пекин вступил в переговоры с талибами (организация, деятельность которой запрещена в РФ), пообещав «значительные инвестиции в энергетические и инфраструктурные проекты», включая автомагистрали, связывающие основные города Афганистана, и проекты, связанные с производством электроэнергии и транспортировкой нефти и газа, — в обмен на «мир». А в конце 2020 года отношения Пекина с Кабулом пережили настоящий удар, когда стало известно, что китайская разведка работала с террористической сетью Хаккани — близким союзником «Талибана» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), поддерживающим связи как с «Аль-Каидой» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), так и с «Исламским государством» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), — по выслеживанию уйгуров в Афганистане.

Взаимодействие Китая с боевиками «Талибана» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и сетью Хаккани также свидетельствует о том, что Пекин давно понял то, что отказывался признать Вашингтон: быстрое сокращение численности военного контингента США неизбежно приведет к усилению радикалов в Афганистане. Такое видение было подкреплено успехами талибов (организация, деятельность которой запрещена в РФ) за последние два месяца. В период с 1 мая по 13 июня 2021 года группа увеличила свою долю территории, находящейся под ее контролем, с 73 до 223 районов. Количество контролируемых правительством районов соответственно сократилось со 115 до 73 районов, и в настоящее время боевики оспаривают контроль еще над 111 районами.

Пекин также предложил содействовать новому мирному процессу с участием афганского правительства и «Талибана» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и лоббировал новый мандат ООН по оказанию помощи Афганистану взамен того мандата, срок действия которого истекает в сентябре 2021 года. Однако, как отметил в недавней статье Брахма Челани, Пекин может отдать предпочтение талибам (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и использовать соблазн международного признания и экономической помощи, чтобы укрепить свои отношения с будущим правительством радикалов.

Пекин, кажется, уверен, что он сможет ориентироваться в нестабильной политической ситуации и ситуации в области безопасности в Афганистане. В статье, опубликованной в Global Times — рупоре Коммунистической партии Китая, говорилось, что Китай не может «сидеть сложа руки и держаться подальше от афганских дел», утверждая, что «по сравнению с другими державами КНР имеет возможность участвовать в Афганских делах, не погрязая в них». Если этот комментарий отражает мышление китайского руководства, он демонстрирует извращенное сочетание высокомерия и наивности, которое может стать причиной просчетов.

События в Афганистане, похоже, уже развиваются быстрее, чем ожидалось, и могут поставить под сомнение способность Пекина выступить в роли миротворца. Конфликт также грозит втянуть соседей Афганистана. Таджикистан уже сталкивается с наплывом афганских беженцев, включая Афганские национальные силы безопасности, и фактически потерял контроль над своей границей с Афганистаном. Он мобилизовал на своей границе 20 тыс. военнослужащих и обратился за поддержкой к членам Организации Договора о коллективной безопасности, в том числе и к России.

Эти события явно противоречат интересам Пекина, учитывая, что Таджикистан имеет для него большое стратегическое значение. Китай уже имеет военную базу на таджикской земле, и быстро ухудшающаяся ситуация в Афганистане может вынудить Пекин взять на себя более непосредственную роль в регионе, в том числе за счет размещения миротворцев в Афганистане.

Хотя в настоящее время «Талибан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), похоже, прислушивается к Пекину, нет никаких гарантий, что они останутся такими же после того, как США полностью исчезнут из поля зрения, даже если Пекин выполнит свои инвестиционные обещания. Со временем Китай, вероятно, станет рассматриваться как еще одна империалистическая держава-оккупант, использующая страдания Афганистана в своих интересах. И хотя сейчас талибы (организация, деятельность которой запрещена в РФ) закрывают глаза на преследование Китаем тюркских мусульманских меньшинств, вполне вероятно, что недовольство широких масс по этому поводу со временем может стать более заметным.

Кроме того, «Талибан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) не единственная исламистская боевая группировка, действующая в регионе. Такие группировки, как «Техрик-и-Талибан Пакистан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и «Исламское государство» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), уже заявили о своем намерении на словах и действиях атаковать интересы Китая в регионе.

Ухудшение ситуации с безопасностью в Афганистане имеет серьезные последствия для региональных интересов Китая. Несмотря на уверенность Пекина в том, что он может взаимодействовать с Афганистаном на своих условиях и на расстоянии вытянутой руки, вполне вероятно, что Китай вскоре глубоко погрязнет в постамериканских афганских делах. Как показывает опыт других «империалистических держав», которые осмелились шагнуть в афганский котел, это редко заканчивается хорошо.

Выбор читателя

Топ недели