Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что рекламные поступления важны для обеспечения техподдержки сайта!

Русофобу Байдену пора завершить холодную войну с РФ — American Conservative

12.11.2020 - 18:52   2 811БЕЛОВ Александр

Он мог бы стать тем американским президентом, который признал бы, у России есть законные интересы, и нельзя ожидать, что она подчинит свою безопасность требованиям Вашингтона о глобальной гегемонии. В самом деле, лучший способ защитить безопасность США — это обуздать сильно преувеличенные геополитические амбиции Америки, которые гарантируют ненужный конфликт с державами по всему миру, включая Россию.

 Часто говорят, что Джо Байден, который в прошлом занимал пост председателя Комитета Сената по международным отношениям, обладает высокой квалификацией для ведения международных дел в качестве главы Белого дома. Действительно, на должность вице-президента он был выбран Бараком Обамой как раз благодаря своему опыту во внешней политике. Однако знание — это не то же самое, что способность принимать правильные решения. К сожалению, мышление Байдена, похоже, застряло во временах холодной войны, которая закончилась три десятилетия назад. В интервью, которое он дал ведущему телепередачи «60 минут» несколько недель назад, Байден отметил, что, по его мнению, самая большая угроза для США на сегодняшний день — это Россия.

Это в высшей степени глупое заявление, поэтому нет ничего удивительного в том, что Россия никак не прокомментировала его победу на выборах президента США. Единственным разумным ответом было бы оскорбление, пишет старший научный сотрудник Института Катона и бывший специальный помощник президента Рональда Рейгана Даг Бендоу в статье, вышедшей 12 ноября в The American Conservative.

Россия — «неприятный авторитарный субъект», а ее президент Владимир Путин — «националистический диктатор, стремящийся продвигать свои интересы, интересы своих сторонников и своей страны». Хотя граждане России и считают себя частью западной и христианской цивилизации, многие не разделяют либерального консенсуса Запада. Действительно, либерализм исчез как эффективная политическая сила много лет назад. Российского оппозиционера Алексея Навального на Западе превозносят, хотя он и создает впечатление решительного националиста, который несогласен с Путиным больше в том, кто должен править, чем в том, как он должен править.

Москва представляет собой скорее практический, чем идеологический вызов. Коммунизма больше нет, и никто не претендует на «московский консенсус», который бы подобно «консенсусу пекинскому» конкурировал с «вашингтонским консенсусом». Внутри страны Путин ведет жесткий курс в отношении своих оппонентов, но это делает его одним из многих «уродливых диктаторов», некоторых из которых Вашингтон приветствует с распростертыми объятиями.

Например, США и страны Европы, которые ввели санкции против России, поставляют оружие еще более гнусной и кровавой диктатуре Саудовской Аравии, которая осуществляла похищение несогласных с политикой Эр-Рияда представителей королевской семьи, превратила одно из своих консульств в бойню, где расчленили журналиста-диссидента, и принесла смерть и разрушение в соседний Йемен, одну из беднейших стран на земле. До недавнего времени те же западные официальные лица приветствовали китайские инвестиции и торговлю с Китайской Народной Республикой, которая теперь вновь начинает идти «тоталитарным курсом», в том числе отправляя «сотни тысяч людей в лагеря перевоспитания и совершая культурный геноцид». Что там в Вашингтоне и Брюсселе говорили о России?

А как насчет внешней политики Москвы? Россия вернулась к режиму великой державы а-ля 1914, настаивая на том, чтобы ее интересы были учтены, ее границы были безопасными, а к ее статусу относились уважительно. Отсюда ее неприятие осуществляемых при поддержке Запада переворотов и расширения НАТО вдоль своих границ. Хотя Россия показала себя как агрессивная держава, она не проявила особого интереса к геополитическим завоеваниям. Несмотря на истерику, которую иногда вызывает простое упоминание имени Путина, назвать его новым «Гитлером или Сталиным» нельзя. Обновленная Российская империя остается кошмаром русофобов, не более того.

Москва поддержала отделение республик Абхазии и Южной Осетии, в которых сложилась своя, отличная от Грузии историческая идентичность. Тем самым Путин ослабил враждебное соседнее государство и отплатил за незаконное расчленение Сербии блоком НАТО. Более того, он хитро, хотя и цинично использовал беззаконие Америки как прецедент: в одностороннем порядке поддерживал самоопределение во имя гуманитарных операций, не спровоцировав в связи с этим санкций со стороны ООН.

Крым исторически был частью России, передан Украине во время борьбы за власть после смерти Иосифа Сталина. Его жители, «вероятно», одобрили такую смену государственной принадлежности, которая была вызвана необходимостью обеспечить безопасность военно-морской базы в Севастополе от нового поддерживаемого США украинского правительства. «Разжигание восстания» в Донбассе — но не аннексия территории — было взвешенным, но жестким шагом, направленным на предотвращение включения Украины в трансатлантический альянс.

Ставшие уже привычными «ястребы» неоднократно истерически заявляли, что эти действия угрожают безопасности Европы, не объясняя как. Действия Москвы были встречены с беспокойством повсюду, прежде всего в странах Прибалтики, но она не проявила интереса к полномасштабной конфронтации, не говоря уже о войне со странами Европы и США. А что получил бы Путин? Контроль над тремя маленькими разрушенными государствами с враждебно настроенным большинством нерусского населения. Подобная торговля страхом со стороны Запада носила расчетливый и циничный характер и использовалась для оправдания дальнейшего существования НАТО.

Более того, прошлые западные провокации были удобно отправлены на свалку истории, чтобы избавиться от неудобных воспоминаний. Путин вступил в должность президента, не проявляя антиамериканских или антизападных настроений. Бывший сотрудник КГБ, он казался светским и практичным государственником, а не коммунистом, однако Запад дал ему достаточно поводов для беспокойства.

Рассекреченные документы показали, как американские и европейские официальные лица систематически вводили в заблуждение Михаила Горбачева и Бориса Ельцина относительно перспективы расширения НАТО. Администрация Билла Клинтона не считала нужным учитывать позицию Москвы, когда она начала вооруженную операцию «величайшего в мире военного союза» против Югославии, которая не нападала и не угрожала ни одному члену НАТО. Историческая часть Сербии со значительным этническим сербским населением была оккупирована и отделена без соблюдения норм международного права.

США и Европа впоследствии поддержали «цветные революции» в Грузии и на Украине, территориях, которые исторически были частью Российской империи, а также Советского Союза. В 2008 году Североатлантический альянс пообещал правительствам обеих стран членство в своих рядах. Шесть лет спустя ЕС стремился перенаправить украинскую торговлю на запад, а Брюссель с Вашингтоном поддержали уличный путч против демократически избранного, но коррумпированного президента, который в целом был дружелюбен по отношению к Москве. Последовавшая за этим волна лжи и спровоцировала российское вмешательство на Украине.

«Жестокое нападение России на украинский народ» было неоправданным, но официальные лица союзников не были невинными весталками, просто распространяющими чудеса либеральной демократии. США также не приняли бы спокойно аналогичные действия России в Западном полушарии. Трудно представить себе, какие массовая истерия, коллективный психоз и военная лихорадка мгновенно заполнили бы Вашингтон, если бы Кремль спровоцировал свержение канадского и мексиканского правительства и пригласил их к союзу с Москвой.

Стенания по поводу поддержки Россией Сирии смехотворны. Две страны были союзниками с 1950-х годов. Что касается вмешательства Москвы в дела Кубы и Венесуэлы, то это в целом походит на символическую расплату за попытки Америки взять Россию в кольцо союзников, баз и войск. Действительно, США отвергают идею сфер влияния, потому что для них Доктрина Монро стала носить глобальный характер: с точки зрения Вашингтона, весь мир является сферой интересов Америки, где вмешиваться могут США и только США.

Москву, конечно, обвиняют и в более прямых атаках на США. Тем не менее утверждения о том, что Россия платит боевикам «Талибана» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) за скальпы американцев, никогда не звучали особенно убедительно, поскольку в то же самое время радикалы вели переговоры с администрацией Трампа. Более того, и Вашингтон, и Москва обычно помогают смертельным врагам друг друга, просто предоставляя им деньги и оружие. В этом смысле Америка несет ответственность за гибель тысяч советских граждан в Афганистане (помните ракеты «Стингер»?). А противотанковые комплексы Javelin, отправленные Украине в прошлом году, предназначены для уничтожения как «российских военных, так и украинских сепаратистов». Как быстро забывают американцы!

Самое серьезное обвинение против России — вмешательство в выборы в Америке. Это угроза, но Вашингтон вмешивался в десятки выборов по всему миру, в том числе в России в 1996 году, когда администрация Клинтона сделала все возможное, чтобы обеспечить переизбрание Бориса Ельцина. То, что Америка виновна, не означает, что Москва права, но США могли бы поумерить ханжество и проявить гораздо большее смирение. Вашингтону следует предложить пойти на разоружение — заключить сделку, предполагающую отказ обеих сторон от вмешательства в дела друг друга и подкрепленную системой наказания за нарушение таких обязательств.

Поведение Москвы не выводит ее за рамки международных норм и не угрожает фундаментальным интересам Америки. Отчаянно необходимы серьезные переговоры Вашингтона и Брюсселя, признающие интересы Москвы. Продолжающаяся мини-холодная война выгодна только Китаю, к которому склоняется Россия. Учитывая усиление Пекина, Западу будет гораздо лучше с Россией, по крайней мере, занимающей нейтральные позиции.

Можно представить себе широкое соглашение, в котором учитывали бы геополитические разногласия по таким вопросам, как Сирия, Иран и Северная Корея. В рамках этого договора Москва сокращала бы помощь Кубе и Венесуэле, а США отказывались бы от того, чтобы поднимать вопросы Абхазии и Южной Осетии. И Москва, и Вашингтон договорились бы избегать вмешательства во внутренние дела друг дуга, в том числе не стали бы оказывать так называемую «демократическую» помощь иностранным группам, поддерживаемым США. Вашингтон и Москва могли бы согласиться сотрудничать в обеспечении мира и стабильности в Афганистане, по мере того как из страны ведется вывод американских войск. На переговорах между НАТО и Россией должны активнее обсуждаться вопросы прозрачности, создание каналов постоянной связи, пограничной активности и мер укрепления доверия, чтобы уменьшить риск непреднамеренного конфликта.

Наконец, по вопросу Украины США и Европа должны отказаться от планов расширения НАТО и санкций. Со своей стороны, Россия должна прекратить поддержку «сепаратистов». Киев должен одобрить большую региональную автономию, как и было прописано в Минских соглашениях. Вопрос Крыма следует отложить в сторону, при этом Западу следует по-прежнему не признавать его «аннексию» и запретить экономическую деятельность с полуостровом, а также отменить санкции против России. Вашингтону следует предложить провести международный референдум, чтобы положить конец имеющимся сомнениям раз и навсегда, позволив жителям решать, в какой стране они хотят жить.

Ряд ведущих внешнеполитических деятелей недавно призвали именно к такому содержательному диалогу с Москвой. Они призвали к «сбалансированному курсу сдерживания и разрядки. Таким образом, поддерживая свою оборону, США также должны вовлекать Россию в серьезный и устойчивый стратегический диалог, направленный на устранение более глубоких источников недоверия и враждебности и в то же время сосредоточенный на крупных и неотложных проблемах безопасности, с которыми сталкиваются обе страны».

Сможет ли Джо Байден избавиться от мышления времен холодной войны? Даже если сможет, этого может оказаться недостаточно: в обеих ключевых партиях США сложилась определенная мания по вопросу России, которая не ограничивается лишь опытом конфликта с СССР. И она, с одной стороны, не имеет ничего общего с защитой Америки, а с другой, полностью связана с социальной инженерией по всему миру. Россия не представляет серьезной угрозы для США, помимо обладания ядерным оружием, которое, по иронии судьбы, становится еще более опасным из-за ухудшения двусторонних отношений. Что дает еще один повод для улучшения двусторонних отношений.

В прошлом на подобный шаг решился антикоммунист Ричард Никсон, который отправился в Пекин. Сможет ли русофоб Джо Байден поехать в Москву? Его сторонники превозносят его как прагматика и центриста. Он мог бы стать тем американским президентом, который признал бы, у России есть законные интересы, и нельзя ожидать, что она подчинит свою безопасность требованиям Вашингтона о глобальной гегемонии. В самом деле, лучший способ защитить безопасность США — это обуздать сильно преувеличенные геополитические амбиции Америки, которые гарантируют ненужный конфликт с державами по всему миру, включая Россию.

 

Выбор читателя

Топ недели